К ссылке в тексте

К оглавлению
Рай, счастье, сон

 

 

Ранее уже рассматривался вопрос о том, что проповедуемое в своё время Иисусом чувство любви мы понимаем совершенно неправильно, однако наше представление о рае так же не соответствует исходному его значению.

В христианстве вместо понятия рай говорится о царстве небесном, но с учетом того, что вместе с Новым Заветом канонизирован и Ветхий Завет, то наше представление о рае сходно с представленным в Танахе и синонимично слову Эдем (Эден). Edin (эдин) с шумерского означает пустырь, невозделанная земля или целина по-нашему. Но так как мы сейчас опираемся на содержание Танаха, то следует отметить, что Эдем с древнееврейского означает место блаженства или наслаждения. Налицо явное несоответствие, ведь пустырь или целина никак не может быть местом для получения даже удовольствия. В основном содержании книги данное противоречие снимается полностью, поэтому углубляться тут не будем.
В раввинской литературе имеют место следующие описания рая:
 

…праведники под великолепными балдахинами пребывают в роскошных пирах, а погибшие мученической смертью за веру и погибшие во время крестовых походов, уготовано особое место.

 

Нечто похожее есть и в исламе:

…в раю растут всевозможные растения и текут четыре реки - из воды, молока, вина и меда…, …рай становится вознаграждением всякому верящему в Аллаха и совершающему благие дела….

 

Коран описывает это место как сад, где мужчины-праведники отдыхают от трудов: живут с черноглазыми девственницами гуриями и пьют вино.

Из всего этого следует, что в общепринятом понимании рай является местом удовольствий и наслаждений, связанных с нескончаемым поеданием разного рода яств и принятием изысканных напитков, по крайней мере, для избранных, то есть имеющих особые заслуги. Но тут необходимо отметить, что такого рода форма существования никак не соответствует особенностям сферы Света, ведь в области бесплотных форм ничего из описанного по определению быть не может. Все услады относятся к телу человека, которое после смерти, как правило, отдается на корм червям в земляной могиле. И если даже вспомнить из восточных учений о наличии у человека нескольких тонких тел, то и они через какое-то время распадаются. Так что процесс чревоугодия в посмертный период если и можно сугубо условно допустить, то только в сфере сил Тьмы, пусть хотя бы для тех же избранных. (Воланд)

Подобного рода наше понимание в отношении праведников сил Света, как минимум, не соответствует действительности, а об избранных из их числа тем более. Но под воздействием теологических представлений через легенды, мифы, сказки, литературу, живопись с давних времен в нашем сознании сформировалось именно такое представление, так что теперь в кинофильмах и даже компьютерных играх продолжается то же самое. К наиболее яркому примеру можно отнести виртуальный мир Скайрима. Коренными жителями этой страны являются некие норды, для которых посмертное существование в Совнгарде аналогично тому, что нами понимается как пребывание в царстве небесном или жизнь в раю. (Совнгард)

Как видим, посмертное застолье даже только для избранных в нашем представлении характерно как для сферы Света, так и для сферы Тьмы. Но разве это не парадоксально!? А что касается «обустройства» того места, которое в нашем понимании является раем, то давайте посмотрим, не туда ли попали эти персонажи хорошо известного произведения. (Покой)

Тут разговор идет о различии между неким светом и покоем. Если считать, что главный герой при определенных условиях мог бы попасть в этот самый свет, то ничем иным он не мог бы быть, кроме как царством небесным или раем. Но чем тогда отличается пребывание в покое от рая? Ничем! Как бы не старался человек во время жизни, его душа никак не может достичь уровня высших сил в сфере Света. Описанное в Танахе утверждение змея, - …съев плод, станете как боги…, является лишь способом искушения с его стороны, если не считать, что люди после этого обретут в сознании иную систему мировосприятия. Культивируемое же в восточной философии представление о нирване, колесе сансары и связанном с этим пути освобождения, справедливо лишь отчасти. Но вернемся к нашему вопросу.

В общем и целом можно смело утверждать, - сформированное теологическими представлениями наше понимание рая, как некоего места, где бы то ни было, всего лишь буйная фантазия жрецов и народный фольклор. Однако это настолько въелось в сознание людей, что при упоминании царства небесного, мы автоматически смотрим куда-то вверх или указываем на небо. До какой же степени церковники извратили наши представления о сфере высших силах, ведь даже в их писании сказано, что само это царство находится внутри нас самих. Правда, они как-то «забыли» указать, что в нас самих ещё и бесовское царство, но об этом после.

С самых давних времен человек мечтает вернуться в утерянный его предками рай, но при этом не понимает, что, по сути, это всего лишь утраченное состояние внутренней гармонии, покоя. Обрести же его вновь можно лишь тогда, когда научишься распознавать добро и зло не где-то или в ком-то, а в самом себе. В постоянном стремлении к удовольствиям, наслаждениям, комфорту для своего тела, попросту не находится времени, чтоб задуматься об этом и разобраться в себе. В этом есть очередной нонсенс, когда мы ищем счастья только для себя любимых, а вовсе не для окружающих нас людей и при этом носим на шее крестик с распятием, как причастники христовой церкви, а значит исповедующие его учение о любви к ближнему. Разве это не идиотизм?

Теперь попробуем разобраться ещё с упомянутым только что понятием – счастье. Оказывается, аналогично представлениям о любви и рае, счастье так же понимается нами неверно. Томление души от звуков любимой музыки, эстетическое наслаждение красотами природы и даже состояние прострации, куда уводят людей разного толка восточные практики, не имеет никакого отношения к счастью, это лишь всяческие наслаждения и не более того. Впрочем, и об истинном счастье у людей совершенно разные представления, но все же есть нечто единственное и в то же время общее, что уравнивает всех. (Сон)

Разве сон не сродни покою и умиротворению? Безусловно! Тогда получается, что ощущение счастья, в котором пребывали пращуры до событий в саду Эдема, было близко к нашему спокойному сну. (Мак Кинли)

Люди искали счастье во все эпохи и чего только не изобретали, чтоб достичь его, но самой романтической мечтой было найти птицу счастья. Так же как об утерянной некогда счастливой жизни, в мифологиях практически всех традиций на планете есть упоминание о птице Феникс. При этом везде говорится о ней как о положительном персонаже. Согласно преданию она единственная отказалась есть запретный плод в саду Эдема, после того как Ева соблазнила всех тварей испробовать его. У древних египтян считалось, что она внутри самой себя постоянно борется с тьмой. В общем, взывающая к смирению, кротости и добру птица Феникс являет собой символ благости и добродетели.

Только вот в нашем старом фильме «Садко» авторы «заставили» птицу говорить не совсем правильные слова, но главная мысль, очевидно дошедшая к нам из старины глубокой, отражает саму суть счастья. Безусловно, призыв лечь и заснуть является аллегорией, смысл которого в том, чтоб вернуть себе утерянное ещё нашими пращурами состояние покоя и умиротворения даже в нашей суетливой повседневности. (Феникс)