Часть первая   К оглавлению

Глава I

 

2. Алексей и Мила задолго до рождения Светы

 

Взаимоотношения Алексея и Милы сами по себе были просто прекрасны, но в то же время и до крайности сложны. Внешне они совершенно не были похожи, и взгляд постороннего человека скорее отметил бы, что эти двое вообще не пара друг другу, чем наоборот. Миле при росте ниже среднего и склонной к полноте, только за счет жесткой диеты, а так же разного рода фитотерапевтических процедур удавалось хоть как-то сдерживать свои пышные формы. И для неё было настоящим испытанием совместный с Алексеем прием пищи. Он же, будучи худощавым от природы при росте заметно выше среднего, любил сладкое и выпечки в том числе, как, впрочем, и вообще всё мучное. Такие предпочтения в еде, от которых он не то что никогда не отказывался, но даже и не пытался как-то себя ограничивать, сглаживали его излишнюю стройность.

Судьба их свела, когда Алексей долгое время был в браке. Жена знала о частых встречах мужа с этой молоденькой толстушкой, но опять-таки по причине отсутствия какого-либо их внешнего сходства, не могла допустить возможность возникновения меж ними даже взаимной симпатии, не говоря уж о чем-то большем. Мало того, когда много лет позже фактически в кругу другой семьи Алексей отмечал день рождения своей уже семилетней дочери, он всё ещё не был в разводе. Однако супруга не только ничего не знала про эту сторону его жизни, но даже предположить такое не могла. Своих детей у них не было. Что было причиной…? В разговоре с Милой он не вдавался в подробности этого вопроса. Не рассказывал и о добрачном знакомстве с женой и о том, что побудило его вступить с ней в брак, как впрочем, вообще об их отношениях. Правда, Мила и сама не спрашивала, считая, что если Лёша сочтет необходимым, то расскажет всё сам.

В детстве она занималась в музыкальной школе по классу аккордеон. Ей, конечно, хотелось играть на рояле, но родители в состоянии были купить только такой инструмент. По окончании средней школы увлеклась изучением лекарственных трав и лечением методами нетрадиционной медицины. За несколько лет упорного труда достигла определенных успехов в этом занятии. Позже училась у известного врача в области мануальной терапии. Совмещая те и другие знания, Мила начала свою практику. Вот тогда и произошла их встреча.

Алексей был заметно старше её. Собственно, возрастные болячки как раз и привели его к ней на прием. Это было смутное время начала девяностых, когда каждый, по меньшей мере, поначалу, пытался найти себя в том виде деятельности, которое ему более всего было по нутру. Она принимала людей в небольшом домике на краю города, где жила со своей мамой. В маленьком, но хорошо ухоженном дворике у входа стояла деревянная скамейка, а в крохотной прихожей, которая скорее походила на тамбур у дверей в дом, ещё две табуретки.

Когда Алексей приехал к ней первый раз, у открытой калитки стояла двадцать четвертая «Волга», за рулем которой сидел мужчина. Подойдя ближе, он узнал в нем своего бывшего водителя. Увидев его, тот сразу вышел из машины и с приветливой улыбкой протянул руку.

- Ты на прием к Архановой? – спросил Алексей.

- Нет…, я привез…, да вот он уже выходит.

Алексей повернулся в сторону дома и увидел, как из дверей вышел такой же как он высокий, но более плотный мужчина, по виду заметно моложе него.

- Работаешь у него?

- Да.

С первого взгляда Алексею показалось, что мужчина кого-то ему напоминает, но встретившись с ним у калитки, поздоровался лишь кивком головы, хотя и чуть пристальней обычного взглянул в его лицо.

- Заходите, она свободна, - кивнул он в ответ и тяжелой походкой направился к переднему пассажирскому сиденью Волги.

Впоследствии Алексей отмечал про себя этот довольно интересный и немаловажный момент, - что любому человеку не стоит даже к таким вот случайным, казалось бы, совершенно ничего не значащим встречам относиться с равнодушной пренебрежительностью. Ничего в жизни каждого из нас не происходит случайно, всё, так или иначе, имеет какое-либо значение, пусть даже в отдаленном будущем. Разве мог тогда он предположить, направляясь на первую встречу со своей любовью, что по прошествии каких-нибудь там десятка лет, судьба его и Милы переплетутся в тугой узел с судьбой этого человека.

Знакомство с Милой происходила совершенно буднично, не предвещая ничего такого. Обычное общение пациента страдающего недугом с тем, кто в состоянии был от него избавить. Никакой романтики, а уж о любови с первого взгляда и разговора вообще не могло быть. Однако та система, которую она практиковала, в целом предусматривала длительный курс лечения, что в дальнейшем дало им возможность гораздо лучше узнать другу друга. Прошло много времени, прежде чем Мила и Алексей поняли, что встретили того единственного, кого каждый человек ищет всю свою жизнь, но практически так никогда не находит.

Впрочем, даже осознав эту самую более чем симпатию, ни тот ни другой ещё долго не осмеливались признаться в ней. Более того, оба они внешне старались скрыть свои чувства, находясь в полной уверенности, что надеяться на взаимность просто бессмысленно. Шло время. Алексей организовал ей очень неплохое помещение для приема пациентов практически в центре города. Мила, конечно, возражала против такого подарка, но Алексей успокаивал тем, что за это ей придется лечить его бесплатно, а приезжать на прием он будет довольно часто. Таким образом, их встречи стали происходить практически регулярно, а впоследствии некоторые из них вовсе не были связаны лечением. Кафе, театр, концерт, выезд на природу. В конечном счете, как-то так само собой получилось, что и объяснения никакого не понадобилось. Они просто стали совершенно близки во всех отношениях. И вот однажды Мила вынуждена была ему признаться, что уже месяц как беременна.

- Именно этого мне и хотелось более всего, - засмеялся Алексей, крепко обнимая её, - Вот что, сегодня у нас среда, давай на той неделе прокатимся в один очень тихий уголок. Отмени все приёмы на следующую среду, я хочу показать тебе место, где ты, я и наш ребенок будем жить до конца наших дней.

Это была их первая поездка в Эллинский. У Алексея хоть и был новый Лэнд Крузер, он никогда не ездил быстро. Путь сам по себе был неблизким, к тому же некоторая часть дороги оставляла желать много лучшего, так что времени для разговора было предостаточно. Теперь уже с позиции очень близких людей, он поведал ей историю своей жизни.

Что было причиной тому, что Алексей поступил на исторический факультет, он и сам не знал. В школе этот предмет для него ничем не отличался от всех остальных. Может какое-то внутреннее чутьё подсказало, что специальность историка поможет лучше устроиться в жизни, а может уже тогда судьба вела его в нужном ей направлении. В общем, с успехом окончив институт, он начал трудовую деятельность с преподавания истории в школе. Проявив активность в общественной работе, Алексей был приглашен на работу в комитет комсомола, что само собой подразумевало возможность перехода в будущем в партийные органы. Шли года и такая возможность начала обретать реальные черты, но в стране грянула перестройка. «Нет худа без добра», - думал он, когда природная энергия потянула его в предпринимательство. Любопытно, что первый, причем довольно удачный опыт на этой стезе, был связан как раз с выращиванием лекарственных растений. Алексей сразу начал довольно масштабно. Используя старые связи, арендовал в разваливающемся колхозе целое поле, посеял практически без затрат, скосил так же и выгодно оптом продал. Так получил он свой первый стартовый капитал. И дальше всё закрутилось, завертелось довольно удачно для него, причем уже не на выращивании лекарственных трав, так как они давали не ту прибыль, на которую рассчитывала его предприимчивая натура. Может, кто-то подсказал, а может и сам он почувствовал будущее в мобильных телефонах, и открыл целую сеть магазинов сотовой связи в наиболее ходовых местах города. Затем купил хлебопекарню, потом целый гараж грузовых автомобилей и так далее.

Повезло ему в предпринимательстве и тем, что ещё в младших классах школы он сблизился с мальчишкой, который был из неблагополучной семьи. И вот однажды сговорились они сбежать из дома. Правда, цели этого побега у каждого были свои. Друг его просто не мог выносить попойки, постоянную ругань своей матери, да каких-то постоянно меняющихся её друзей. А Лёше хотелось добраться до моря, проникнуть тайком на корабль и плыть на помощь кубинскому народу, где в те годы шла революция. В немалой степени такое желание сформировалось потому, что однажды на торжественной линейке присутствовали сами кубинцы, а в сквере рядом со школой ими были посажены памятные деревца. Как же можно после всего этого не иметь искреннего сочувствия и желания помочь им непосредственным участием. Но этому предприятию не суждено было сбыться, их быстро поймали и вернули родителям.

- Веришь, нет! - с каким-то даже внутренним удовлетворением произнес Алексей, - я до сих пор хорошо помню тот эпизод своей жизни. Не знаю, какие мысли были голове моего товарища, но собственное желание помочь Фиделю в борьбе за свободу, напрочь заглушали мысли о том, какие переживания ожидают моих родителей. А ведь у отца в скором времени после этой истории случился первый инфаркт.

- Я представляю, - отозвалась Мила.

- Знаешь, в том возрасте мне ещё сложно было осознать состояние здоровья отца, который был участником войны и демобилизовался лишь за несколько лет до моего рождения. Уже много лет позже я ловил себя на мысли, а не я ли был причиной смерти отца, в общем, не в таком уж пожилом его возрасте. Дело в том, что через два года после первого инфаркта у него случился второй, после которого он уже не поправился. Да, на этот раз не моё поведение было причиной, но…. Может, если бы не было первого, то он до сих пор был бы жив. А тогда я с младшей сестрой остался на руках мамы, которая одна нас вырастила.

- Она ещё жива?

- Нет. Она намного пережила отца, но не выдержала того бардака в стране, который творился в связи с перестройкой и умерла вместе с развалом бывшей «Нашей великой державы», как она много раз называла Советский Союз.

Мила помрачнела под тяжестью услышанного и молчала, опустив глаза. И Алексей какое-то время молчал, очевидно, эти воспоминания ему тоже давались нелегко. Затем, как бы очнувшись, продолжил своё жизнеописание.

Пришли мы два пацана на железнодорожную станцию вечером и залезли в первый попавшийся пустой товарный вагон. Хотя он был без крыши, как открытый короб, залезть через верх мы никак не смогли. Однако он был деревянный и в стене со стороны сцепки, то есть с торца, была дыра, через которую мы смогли проникнуть вовнутрь. Есть хотелось ужасно, но в скором времени состав тронулся и с этим чувством под стук колес я заснул.

Не знаю, может уже тогда провидение вело нас по жизни, а может только меня. Почему я так думаю, ты поймешь позже. А тогда от неминуемой гибели нас если что и могло спасти, то только чудо. Дело в том, как впоследствии рассказали родителям, а они в свою очередь через какое-то время рассказали и мне, эти вагоны шли под погрузку, возможно углем. И если бы один из железнодорожников, проверявший вагоны отнесся к своим обязанностям халатно и не заглянул в дыру вовнутрь, и не увидел бы нас, вполне вероятно мы просто были бы чем-то засыпаны. Уже много лет спустя, анализируя этот момент, я понял, почему тогда родители меня не очень ругали, а уж наказания как такового не было вовсе. Они просто были рады, что я вообще остался жив, что нивелировало их глубокие переживания, связанные с этой моей проделкой.

Разбудив нас, железнодорожник заставил меня с товарищем вылезти и отвел в милицию, откуда нас препроводили в детский приемник. Атмосфера этого заведения крепко въелась в мою память. Кроме нас там были и другие дети, наверно человек десять разного возраста. Днем мы сколачивали из дощечек тарные ящики, а после ужина нам читали книгу. Содержания не помню совершенно, а название запомнил хорошо – «Щупальца спрута». Но более всего отложилось в памяти, что на ночь нас запирали в помещении с решетками на окнах. Рядом с комнатой, где мы спали, была ещё небольшая комнатушка, посередине которой стоял большой чугунный чан, куда мы мочились ночью. Утром по два человека по очереди нас заставляли его выносить.

- Да, - находясь под впечатлением от рассказа, заметила Мила, - серьёзную жизненную школу ты прошел.

- Что ещё запомнилось, - продолжал Алексей, - это когда приехали родители, работники приемника нам пригрозили, что если мы твердо не пообещаем больше никогда не убегать из дома, то они нас не отпустят. Находиться в этом заведении никак не хотелось и, испугавшись, что меня не отдадут, я расплакался. А вот мой товарищ, как я потом вспоминал, плакал тогда, когда нас железнодорожник отвел в милицию, а в этот раз нет. Как-нибудь покажу тебе фотографию моего класса того времени, где все стоят в галстуках и только я без него. Меня за это путешествие, которое по своей сути было основано на высоком патриотическом чувстве, с первого раза не приняли в пионеры вместе со всеми. А моего товарища почему-то приняли. Вот ведь какие курьёзы судьбы.

Алексей замолчал на некоторое время, видимо обдумывая, что ещё можно рассказать, а рассказать на самом деле ему хотелось ещё много чего. Ну, хотя бы о том, как та же судьба поменяла свою благосклонность строго в обратную сторону по отношению к нему и тогдашнего его товарища. Ведь через несколько лет его втянули в какое-то преступление, и ещё в школьном возрасте он получил первый срок, отбывая его в колонии малолетних. Затем одна за другой начались ходки в места не столь отдаленные. В девяностые он уже был, как говорят, в авторитете и возглавлял тут местных рэкетиров. Естественно, для своего старинного «кореша», он делал определенные послабления. Так, старые связи в партийных кругах и криминальном мире дали возможность новоиспеченному предпринимателю довольно быстро заработать приличный капитал. В последние годы, он даже финансировал избирательную кампанию будущего главы администрации, за что опять же впоследствии получил определенные преференции для развития в области своей предпринимательской деятельности.

Вдобавок ко всему, когда он только намеревался жениться, брат будущей супруги учился на юридическом и планировал работать в милиции. Впоследствии Алексей помогал ему в продвижении по службе, что так же было ему только на пользу. Знал бы он тогда, чем для него всё закончится…. Но это будет позже, а теперь хороших и нужных связей было предостаточно. Только единственным на свете близким ему человеком была родная сестра, у которой так же не было ни своей семьи, ни детей. Он купил ей приличный дом в городе, правда, по причине занятости своими делами часто навещать не получалось.

И вот однажды чрезмерно активный образ жизни ударил по его здоровью. Конечно, такое случалось со многими успешными предпринимателями, но и среди них реакция на ухудшение самочувствия различны. В основном, конечно, люди этой категории тратят деньги на лечение, причем за границей, прежде всего, а затем продолжают свою бурную деятельность. Алексея же больничная койка, пусть и в комфортной, первоклассной клинике, заставила задуматься, поразмышлять над всем происходящим в его жизни. Созданный и отлаженный им механизм производства и коммерции, работал стабильно даже без его участия. Везде в управлении работали компетентные и доверенные люди, которых ненужно было подгонять. В общем, в период лечения, а затем и в свободное от работы время у него появилась потребность в чтении книг.

Алексей прервал свой рассказ, т.к. они заехали на ухабистый участок дороги. Через несколько километров Мила впервые увидела Эллинский, тот самый нищий рай, в котором ей предстояло провести последующие годы своей жизни. Вскоре Алексей повернул вправо, и они стали приближаются к относительно большому, как ей сразу показалось, двухэтажному дому. Он достал из кармана куртки пульт и, направив его в сторону дома, нажал кнопку. Почти без шума высокие металлические ворота откатились в сторону, и они заехали во двор. Алексей, не останавливаясь, двигался по идущей в подъем дороге, обогнул дом и выехал на площадку перед центральным входом.
Везде ещё были разбросаны остатки строительных материалов. Тут и там возились человек пять рабочих, занимаясь каждый своим делом. Посередине двора стоял пожилой мужчина, который не был одет в рабочую одежду. Он повернулся на шум колес и направился им навстречу. Алексей тяжело вышел из машины и, положив руки на поясницу, прогнулся назад, разминая затекшую от поездки спину. Вслед за ним вышла и она.

- Познакомься с Анатолием Михайловичем, - сказал он, протягивая руку навстречу мужчине.
- Вот она оказывается какая, - с приветливой улыбкой тот внимательно разглядывал Милу, отвечая Алексею рукопожатием. Затем повернулся в её сторону и протянул руку, - очень…, очень приятно познакомиться.

- Это хозяин здешних мест, - продолжил представлять его Алексей.

- Брось!… - Анатолий Михайлович махнул рукой в его сторону. Затем, коснувшись ладонью её спины, предложил, - пойдем, вам с дороги нужно немного отдохнуть. Я знаю, как Алексей ездит, можно просто замучиться за то время, сколько он сюда добирается.

Мила лишь улыбнулась в ответ на эту фразу, и все вместе направились дом. Хозяин, как его назвал Алексей, повел гостей сразу в просторную столовую, где на большом столе посередине комнаты уже была расставлена посуда для обеда. Со всех сторон стола стояли удобные мягкие стулья.

- Садитесь, отдыхайте - сказал он, - пока я принесу чего-нибудь перекусить.

- Я помогу? - обратилась к нему Мила.

- Ненужно, - улыбнулся Анатолий Михайлович и, немного подумав, добавил, - сегодня ты только гость в этом доме, так что просто отдыхай.

За обедом мужчины много разговаривали о ходе строительных работ и о том, что ещё необходимо было сделать. Затем втроём ходили осматривать комнаты, некоторые из которых ещё не были отделаны. Среди них была и та, в которой будет в скором времени детская. Когда Алексей и Мила заговорили на эту тему, Анатолий Михайлович с любопытством посмотрел на неё, но не стал ничего спрашивать. Проходя мимо закрытой комнаты, она поинтересовалась:

- А тут что?

- Мой кабинет, - Алексей повернулся и открыл дверь.

Комната была небольшой. В углу у окна стоял средних размеров рабочий стол с монитором компьютера посередине. Одна из стен до самого потолка была закрыта полками для книг, которых на самом деле было не очень много. По большей части на них были аккуратно уложены папки с бумагами.

- Это что, документы по твоей деятельности?

- Нет, - ответил он, - это мои интересы, о которых я уже кое-что тебе упомянул, а на обратном пути расскажу подробней.

Затем все направились к лестнице, ведущей в нижний уровень, который по площади был на весь дом. Они не стали осматривать его целиком и через гараж вышли в заднюю часть двора. По всей видимости, пока они обедали и обходили комнаты, трое из тех рабочих, которые работали наверху, спустились сюда и стояли, посматривая на Алексея.

- Нам нужно вернуться пораньше, - обратился он к Миле, - идите потихоньку к машине, а я переговорю с ними.

Поднимаясь по дорожке наверх, Анатолий Михайлович разговаривал с Милой о всяком разном, можно сказать ни о чем. В скором времени Алексей вышел из дома и подошел к машине. Затем он и Мила попрощались с «хозяином», сели в машину и отправились в обратный путь. Когда выехали на ровный участок дороги, она повернула голову в его сторону:

- Зачем тебе такой дом, да ещё и в такой глуши?

Алексей еле заметно улыбнулся и ответил не сразу, как бы обдумывая с чего начать.

- Пожалуй, что б ты могла лучше меня понять, нужно продолжить рассказ о себе с того места, на котором остановился по дороге сюда. Помнишь, я говорил, что проблемы со здоровьем заставили меня задуматься о своей жизни и вообще о жизни как таковой. Не знаю, может мне только кажется, а на самом деле вовсе не так, но среди людей, которые у меня работают, нет тех, кто мог бы чем-то быть мной недовольным. Дело не только в деньгах, которые я им плачу, хотя, насколько я знаю, как платят другие предприниматели, у меня люди зарабатывают заметно больше, но и во взаимоотношениях. Только не думая, что я себя хвалю.

- Да я и не думаю, - отозвалась Мила. – Просто, сравнивая свою деятельность с твоей, с учетом услышанного от тебя по пути сюда, мне пришла мысль, что ты имеешь возможность и людям платить, и себя не обижать.

- Интересно! И что же это за возможность?

- Ты никому не платишь на сторону. Все твои «крыши» бесплатные, если не считать расходы на мэра в период избирательной кампании. Но и они окупаются тебе с лихвой. Ведь получается, что администрация, милиция, криминал, как основные нахлебники, тебя не трогают.

- Может ты и права! – согласился Алексей. – И всё же, многие бизнесмены при любых условиях стараются по возможности не особо тратиться на оплату труда своих работников, крайне скупы в этом плане.

- Да, это так, - на этот раз согласилась она.

- Я ведь почему заговорил об этом. После смерти родителей, а более всего моего отца, мне не по себя от того, что я могу кому-то сделать плохо. В начале своей деятельности, так же как сейчас у тебя, у меня не было постоянных наемных работников, и этот вопрос меня не волновал. А вот когда таковые появились, то и мысли рождаются всякие. И прежде всего об ответственности перед людьми, - не получится ли так, что я окажусь виновным в чьей-либо смерти. Пусть даже косвенно, как перед своим отцом. Отсюда и родилась моя потребность разобраться в жизни не только своей, но и её как таковой.
Я обещал тебе пояснить, что за папки на полках в моем кабинете. Дело в том, что углубляться в вопросы подобного рода требует много времени, но именно его мне как раз сейчас не хватает. Поэтому в свободную минуту я ищу в интернете различный материал, который, на мой взгляд, может мне пригодиться, распечатываю его и складываю в папках на полки. Когда-нибудь брошу всё к черту, и буду спокойно разбираться в этом, уединившись с тобой и нашим ребенком в том тихом и спокойном уголке.

- Ой, ли! – воскликнула Мила. – Что-то не слышала я о таких предпринимателях, которые будучи успешными в бизнесе бросали всё и уединялись в тихом уголке.

- Тут ты права! – согласился Алексей. - Я тоже таких не знаю. Наверно в их сознании попросту не возникало чувств ответственности перед другими. А у меня, видишь ли, они есть. Именно по этой причине за последние годы я, пусть бегло и не особо вникая в содержание, прочитал массу литературы, пытаясь добраться до самых основ, до самого начала времен, когда человека можно было назвать человеком. Хоть я и историк по образованию, но читая литературу в области альтернативной истории, да и не только её, обнаружил для себя много нового. А как иначе можно найти ответы на вопросы – откуда мы и зачем мы.

- В биологическом плане? - улыбнулась Мила.

- Подожди, не перебивай, - отреагировал он серьезным тоном. - В индуистской традиции есть представление о четырехэтапном жизненном пути мужчины.

- А у женщин их сколько? – опять не выдержала она.

- Я же просил, не сбивай меня. О жизни женщин в те времена вообще никто не задумывался и в этом, очевидно, был определенный смысл. Так вот, практически вся восточная религиозная философия берет начало в Ведах, а Веды принесли туда племена ариев. Однако у них жизненных этапов было только три. Видимо индусы не удовлетворившись тремя, добавили ещё свой четвертый. Но суть не в этом, а в том, что у тех и других последний этап, представляет собой период полного отказа от всех благ, которые были накоплены за всю жизнь. Это период, когда мужчина попросту покидал свой дом и становился странствующим отшельником. Питался подножным кормом или подаянием людей, которые встречались ему в его странствиях. Понимаешь, в этот период человек должен быть наедине с природой и никто не должен мешать ему во время общения с ней или даже единения с ней. Трудно сказать с какой глубокой старины придерживались арии этого принципа. Но я однажды подумал о наших домашних животных, таких как собаки и кошки. Ведь они настолько адаптировались к существованию рядом с человеком, что без нас просто обречены на быстрое вымирание. А это значит, что они обладают врожденным инстинктом, который должен сформироваться за период как минимум многие сотни тысяч, а может и миллионы лет. Ну, ладно там дышать, жевать, ходить и прочее для животных является жизненно необходимым и потому эти навыки присущи им изначально. Но зачем кошкам и собакам инстинктивно чувствуя приближение своей смерти, как правило, или уходить из дома или, на крайний случай, прятаться куда-то в укромное место? При каких условиях и когда в них сформировался этот рефлекс, обретший статус врожденного? Иначе говоря, изначально его у них не было, но за последующий и, как я говорил, очень и очень долгий период они почему-то привыкли перед смертью покидать то место, где прожили всю свою жизнь. Вывод тут очевиден. Если кошка, а уж собака тем более, постоянно жили рядом с людьми, ведь только с ними был связан их процесс кормления, то они старались постоянно находиться рядом и даже бегать следом, когда бы и куда бы ни ходил мужчина. Так вот, из прочитанной литературы мне стало известно, что арии изначально являлись носителями вселенской мудрости, которую впоследствии разнесли по всему миру. И получается, что мужчины действительно очень большой период времени придерживались того правила, что на третьем этапе жизни покидали своё жилище, добровольно обрекая себя на нищенское существование отшельника. Собака и кошка, естественно, сопровождали старика в странствии, разделяя участь своего хозяина. А так как всё это длилось достаточно долго, то и формировало в них привычку уходить перед смертью из жилища. Но в определенный момент истории человечества, о котором я тебе ещё расскажу, люди забыли этот принцип, а у кошек и собак он так и сохранился в форме врожденного инстинкта.

Алексей пристально посмотрел на Милу и улыбнулся.

- Ты, конечно, подумала, что всё это, в общем, слишком слабая причина, чтобы в наше время в конце жизни бросать нажитое, добровольно обрекая себя на нищенское существование. Мол, мало ли какие обычаи были у людей древности и почему современные люди должны им следовать. Да, большая часть людей, а уж бизнесменов, тем более, такие доводы вряд ли сочтут достаточными, чтоб всё бросить и уединиться для слияния с природой до конца своих дней. Я и сам ещё пять лет назад лишь посмеялся бы в ответ. Только рассказал я тебе малую долю из того, что заставило меня коренным образом изменить своё представление о мироустройстве. Однако таких поездок у нас впереди будет много, и ты узнаешь от меня ещё очень много для тебя нового. Но то, что трехэтапный принцип в жизни мужчины является вселенским и мы обязаны его придерживаться, для меня стало бесспорным и крайне важным.

- Вот ты постоянно оговариваешься, что этот принцип для мужчин, а как же женщины? - все же поинтересовалась Мила.

- Кстати сказать, женщины так же могли уходить со своим мужем из дома, но могли и оставаться с детьми. Идти или не идти с мужем, это не главное для женщин. Главное для них - преданно помогать своему мужу в течение всей жизни, что бы он в полной мере исполнил своё предназначение. Иначе говоря, жизнь женщины должна быть посвящена своему мужу. Но об этом я тебе ещё расскажу более подробно, а теперь отвечу на твой вопрос о доме в глуши. Современным мужчинам становиться отшельниками на третьем этапе, равносильно быстрой и голодной смерти. В наши дни люди не привыкли давать подаяние нуждающимся, тем более, характеризуя их как бомжей. А слияние с природой в этот период жизни имеет первостепенное значение.

- Ты вот уж сколько говоришь об этих трех этапах, - заметила Мила, - но ни разу не сказал, как или чем они подразделяются.

Двойственное чувство возникло у Алексея. С одной стороны он был слегка озадачен, что не пояснил этот момент, но с другой - порадовался, что она вовсе не отстранилась, а в полной мере вникает в его объяснения и доводы.

- Хорошо, что ты это заметила. В традиции ариев периоды трех этапов не определялись каким-то строгим промежутком времени. Всё зависело от рождения сына в семье. Первый этап заканчивался в тот момент, когда у мужчины рождался сын. Второй – когда у его сына рождался сын, то есть его внук. После этого начинался третий этап, то есть тот, о котором я веду речь. И вот тут у меня сложилось своё представление о том, как эти три этапа можно реализовать в нашей современности, когда без родового поместья просто никак не обойтись. Естественно, всё начинается с рождения ребёнка. Так вот, если нельзя создать условия для этого в самом родовом поместье, в котором могут уже могут жить дедушка с бабушкой молодой семьи, то желательно перебраться туда как можно быстрее после рождения младенца. Чистый воздух, родниковая вода, экологически чистые овощи со своего земельного участка именно то, что более всего необходимо молодой маме для вскармливания новорожденного. Лучшим вариантом, ей вообще перебираться в поместье сразу после зачатия и все девять месяцев жить в этих условиях. К тому времени сюда должны перебираться уже на постоянное жительство родители молодого папы, как бы в своё наследственное родовое гнездо. Год-полтора после рождения молодая мама, естественно, находится вместе с ребенком, а затем уезжает к мужу, оставляя сына или дочь на попечение бабушки с дедушкой вплоть до наступления школьного возраста. После чего родители забирают ребенка к себе, чтоб обеспечить ему образование и место работы. И всё возвращается на круги своя, когда после женитьбы в молодой семье появляется их внук. По времени это примерно в таком интервале: первый этап заканчивается в 25 – 30 лет, второй соответственно – 50 – 60 лет. А далее третий этап – пребывание в родовом поместье до конца своих дней.

- Да…, - протянула Мила. – Интересно. Только….

- Я понимаю, - не дал ей договорить Алексей, - есть много нюансов в этой схеме, но само стремление к такому принципу, как желание следовать традиции наших пращуров, позволит решить все текущие вопросы и проблемы. Иначе говоря, нужно иметь желание – кто хочет, тот ищет способ, кто не хочет, тот ищет причины.

Мила ничего не ответила на это замечание.

- Вот поэтому, - продолжал он, - три года назад, я решил начать строить полностью автономный дом и обязательно в глуши, что б находиться как можно ближе к природе. Проблема в том, что у меня не было наследника, а мне хотелось бы передать его своим детям вместе с тем принципом жизни, о котором я тебе рассказал. С одной стороны, этот вопрос должен был интересовать меня менее всего, так как на третьем этапе мне нужно разорвать вообще какие-либо связи с людьми. И всё же эти три года я не только строил, но и продолжал искать ту, которая, как говорят, одна. Ты ведь знаешь, что после нашей первой встречи мы далеко не сразу легли в пастель. Помнишь тот день?

- Как же мне не помнить, - уголки губ Милы дернулись в едва заметной улыбке. - Такой день, хотя всё же это была ночь, никогда не забывается. А для меня она особенно памятна тем, что Новый Год я встречала без тебя, а ровно через неделю с тобой как раз и была та самая чудесная ночь в моей жизни.

- И заметь, - прервал её задумчивые воспоминания Алексей, - то была ночь под рождество, волшебная ночь.

Мила улыбнулась, но ничего не ответила. Конечно, она знала об этом.

- Я долго с тобой общался и понял, что нашел именно ту, которую искал всю жизнь. Но большой проблемой было, что я официально женат. Поэтому дом я строю, во-первых, совершенно тайным образом, а во-вторых, не на своё имя. Официально всё, что ты видела в Эллинском, оформлено на Анатолия Михайловича. Он является владельцем всего, но по договоренности с ним, потом всё перейдет к тебе, а затем и нашему ребенку, как моему наследнику. Тут есть ещё один крайне важный момент для нас обоих, и я хочу, чтоб ты отнеслась к нему очень серьёзно. Никто…, понимаешь, никто в городе не должен знать о том, что ты носишь моего ребенка.

- И даже мама?

- Именно так, даже твоя мама. Она ведь у тебя вполне самостоятельная и не нуждающаяся в помощи женщина. А потому, вполне может какое-то время обойтись без твоего присутствия рядом с ней. Конечно, через год другой она обязательно всё от нас узнает, а пока ты ей скажешь, что нашла себе очень хорошую работу далеко отсюда и тебе в скором времени нужно будет уехать. Причем, уже сейчас её нужно готовить к этому, а как только станет заметна твоя беременность, ты сразу переберешься в Эллинский.

Мила молча слушала.

- И ещё кое-чем тебе нужно заняться уже сейчас, - продолжал Алексей. – Готовься к закрытию своей деятельности по всем службам, где проходила регистрация. Я поначалу думал, что Анатолий Михайлович возьмет тебя в своём предприятие, но теперь решил, что светиться в тех местах пока рано. Я оформлю тебя на работу к себе..., может в пекарню, может в гараж..., в общем, не важно. А в помещении, где ты ведешь приём, откроем магазин лекарственных растений. Многие люди уже привыкли именно за этим туда приходить. Вдвоём с Анатолием Михайловичем в Эллинском будете выращивать на нашем поле наиболее ходовые их виды трав, а так же выезжать в горы и собирать остальные там. Впереди как раз весна и лето, самое подходящее время для этого. Дома будете сушить и расфасовывать. Но всё это, естественно, по мере твоих сил и возможностей, до того как родишь. Да, кстати, все забываю спросить, ты не узнавала ещё, кто у нас будет, мальчик или девочка?

- Неужели ты думаешь, если б я знала, то не сказала бы тебе! – притворно возмутилась Мила, а затем, засмеявшись, добавила, - Времени-то прошло чуть больше месяца, как же это можно узнать! С другой стороны, мне как-то без разницы кто будет. А ты кого хочешь?

- С одной стороны, как мужчина я должен был бы больше хотеть мальчика, но всё же где-то внутри девочка предпочтительней.

- Как скажешь, если девочка, значит, будет девочка, – Мила нежно погладила его ладонь.
- Ты у меня просто прелесть, - отреагировал Алексей.

За разговором они не заметили, как заехали в вечерний город. Останавливаясь возле её дома, он ещё раз напомнил.

- Теперь секретность в наших отношениях многократно возросла. Помни, о чем я тебя просил и будь крайне осторожна в разговоре с людьми. От этого зависит наше счастливое будущее. До завтра, родная!

- Не волнуйся, всё будет хорошо, - чуть слышно сказала она, выходя из машины, - мы тебя не подведем.

Алексей благоговейно улыбнулся.

 

Часть третья