Часть вторая   К оглавлению

Глава I

 

3. Необычное знакомство Веты и Наю

 

Лето было в самом разгаре. Света, считавшая себя уже школьницей, могла позволить себе гулять на улице, не спрашивая разрешения взрослых. Конечно, ей было скучно одной. Много раз она жаловалась и маме, и папе, и дедушке на то, что у неё нет братика или сестрички, с которыми ей можно было бы играть. Шло время, но ничего не менялось в этом плане, она по-прежнему оставалась одна.

Находиться в жару во дворе даже под крышей беседки было не очень приятно. Света помнила, что в тени дерева возле источника было гораздо прохладней и ей захотелось там посидеть. Недолго думая, она вышла через калитку и не спеша пошла по дорожке. Подняв глаза в ту сторону, девочка снова увидела пятно, только на темном фоне камней и травы оно теперь казалось светлым. Прежний опыт подсказывал, что примерно на середине пути пятно должно исчезнуть. Поэтому они лишь замедлила шаг, но продолжала идти, не ощущая никакой робости, а уж страха тем более. Мало того, как и прошлый раз, когда она шла тут с дедушкой, её как бы тянуло к источнику. На том же самом месте, как и раньше пятно стало расплываться. Опустив голову, Света продолжала идти, глядя себе под ноги. Сделав несколько шагов, она всё же взглянула в ту сторону и…, резко остановилась. В проёме источника стоял тот самый мальчик, с которым они встретились тут год назад.

За это время он ничуть не изменился. Стройный, в том же необычном одеянии, с длинными светло-русыми волосами, и лицом совершенно не выражающим каких-либо эмоций. Он стоял и спокойно смотрел в её сторону, держа руки за спиной, как бы опираясь ладонями о каменную стену. На вид ему было лет шестнадцать, впрочем, она ещё тогда заметила, что была заметно младше него.

- Опять будет кричать, - подумала Света.

- Не буду, - тут же раздалось в ответ.

Было непонятно, услышала она эти слова или…. Затем всё же пришла к выводу, что ей просто самой так придумалось.

- Нет, не придумалось, - сразу же пояснил тот же голос. – Это я говорю тебе.

- Разве так можно разговаривать?! – несколько растерялась Света, не проронив ни слова.

- Но мы ведь уже разговариваем, - настаивал голос.

Конечно, случись такое с кем-либо из взрослых, реакция была бы совсем другой. Но для ребенка в неполные восемь лет, когда герои сказок из книжек и фильмов были, можно сказать, настоящими, это показалось чем-то новым и интересным.

- Ты кто? – негромко спросила.

- Зачем ты так делаешь? Я вполне понимаю тебя, и ты понимала, когда мы только что разговаривали, вот и спрашивай так же.

- Ты кто, - повторила про себя девочка.

- Видишь, как просто. Давай так и будем с тобой общаться. А на счет того, кто я…, по правде сказать…, не знаю, что ответить. Нет, не потому, что не знаю кто я, только вот так сразу ты можешь меня не понять.

- Я только хотела узнать, как его звать, – само собой подумалось Свете, - а он….

- Меня звать? – прозвучало в ответ, - Я не знаю.

- Не знает своего имени?! – удивилась про себя Света.

- Скорее всего, у меня его нет, - пояснил собеседник.

- Как это! – на этот раз в голос удивилась девочка, ещё не привыкнув к новой форме общения. Но затем уже про себя спросила, - а откуда ты вообще тут появился?

- Я, конечно, могу всё объяснить, - продолжал всё тот же голос, - только опять боюсь, ты не поймешь. Давай, когда мы получше узнаем друг друга, я расскажу о себе и отвечу на все вопросы. К тому же, у меня к тебе их будет не меньше.

Света не знала, что делать, о чем говорить. Просто стояла и смотрела на него.

- Не стой на солнце, - через короткое молчание предложил мальчик. - Сядь под дерево, и мы продолжим знакомство.

Теперь она сама почувствовала, что стоит на солнцепёке и ей действительно жарко. Тут Света вспомнила, как мама её учила, что при знакомстве пожимают друг другу руки. Она шагнула к мальчику, но он сразу сделал знак, чтоб не приближалась.

- Мы не должны касаться друг друга, - предупредил он, - и вообще нам пока лучше быть на расстоянии.

Света остановилась, а затем в нескольких метрах обойдя источник, в проёме которого по-прежнему стоял незнакомец, подошла к дереву и присела на корточки, прислонившись спиной к стволу.

- Как же мы будем разговаривать, если я не знаю, как тебя звать, - опять произнесла она по привычке, забыв, что говорить не обязательно.

Мальчик перешел к другой стороне проёма, что б быть к ней лицом.

- Зачем ты так делаешь? – на этот раз он всё же решил ей напомнить. – Ведь нет никакой необходимости. А на счет того, как меня звать…, я всё же не понимаю, зачем это нужно. Никого кроме нас двоих тут нет, по крайней мере, для тебя и разговариваем мы только друг с другом. Но, если у вас есть такая необходимость, то придумай сама как меня называть. А у нас нет имен, они нам не нужны.

Света не обратила внимания на его предложение, потому что была в недоумении, как такое вообще может быть, и некоторое время молчала, не зная, что подумать.

- Интересно, когда я сюда приходила со всеми, а потом вдвоем с дедушкой, он исчезал, а сейчас почему-то нет, – наконец подумала она, и собралась было спросить об этом, но не успела, так как пояснения вновь начали возникать в её голове.

- Видишь ли, я пока не знаю, может ли кроме тебя кто-нибудь ещё видеть меня. Если только ты, то что бы подумали другие, когда показывая на меня, ты говорила – смотрите, вот же он? А они видели бы только камни и ничего больше.

Девочка воспринимала всё, совершенно не осознавая, как это происходит.

- И потом, - продолжал тот же голос, - как я понимаю, девочка ты не из робких, и тогда ещё не зная, что нам не стоит друг к другу прикасаться, захотела бы подойти и взять меня, к примеру, за руку. Я и сам пока не могу предположить, что в таком случае с нами могло случиться. И чем бы тогда наша встреча закончилась? Тем, что тебя сюда никогда больше не пустили. Вполне возможно, совсем могли увезти жить в другое место. А этого мы никак не можем допустить, таких встреч не случалось никогда. Нам с тобой очень о многом нужно поговорить и много чего сделать.

- А почему ты убежал тогда, в первый раз? – не обратив внимания на последние фразы или не понимая их значения, она продолжала спрашивать о своем.

- Тогда я ощутил опасность от тебя. Мне показалось, что ты можешь мне сильно навредить.

- Я…, навредить тебе!? – удивилась Света. – Как? Чем я могла тебе навредить? Ты такой большой, а я маленькая. И ты мальчик, значит сильней меня.

- Может это стало бы более понятным, если б ты знала подробности всего, что со мной случилось после той встречи. Я думал, что вообще здесь больше никогда не появлюсь. Но сейчас не буду ничего рассказывать, так как ты не сможешь понять. Как-нибудь позже мы обязательно вернемся к этому разговору.

На самом деле она и сейчас ничего понимала и потому промолчала в ответ.

- Причиной моего поведения тогда было то, что у тебя начало появляться…, - он запнулся, скорее всего не находя нужного слова. - Я не знаю, как это назвать, ведь никто из нас никогда не видел людей в таком странном виде.

- Появилось во мне? Что появилось? Где?

- Ну как же, - ответил мальчик как бы в недоумении, – до той нашей встречи ты была такая как все…, такая как мы. Это было вполне привычно, потому что так мы видели вас всегда. Но когда в тот раз мы смотрели друг на друга, что для меня уже являлось большой неожиданностью, так у тебя ещё появилось….

Он снова остановился на полуслове и уставился неё. Раньше Света не обращала внимания, но сейчас вдруг поняла, что он всегда смотрел лишь в её сторону, но как бы не на неё вовсе. Нет, всё же смотрел он на неё, но не в глаза. Теперь она попыталась внимательно рассмотреть, куда на самом деле направлен его взгляд, и вдруг заметила, что глаза мальчика начали расширяться, на лице показалась тень испуга как в прошлый раз. По крайней мере, так ей показалось.

- Что!? - спросила девочка.

Ей представилось, что и теперь он хочет исчезнуть как тогда. Мальчик ничего не отвечал и только пристально смотрел. Через какое-то время она начала ощущать, что его блуждающий взгляд постепенно переместился к лицу и вот их взгляды встретились.

- Что ты делаешь? - произнес он. – Как ты это делаешь…, зачем?

Света опять совершенно не понимала его. Потом он медленно отвел взгляд в сторону и начал внимательно осматривать всё вокруг. Его лицо выражало сильное смятение и растерянность.

- Что ты со мной сделала?

- Да ничего я с тобой не делала! - в свою очередь удивилась она и поднялась с корточек, но осталась стоять на том же месте. – Мы просто смотрели друг на друга и всё! Что ты там разглядываешь? Деревья и камни раньше не видел, что ли?

- Нет…, не видел…, - медленно ответил он и продолжал пристально рассматривать каменную кладку над источником, текущий от него в низину ручеёк, кусты орешника неподалеку, крону дерева над ней….

Так они стояли довольно долго. Девочка с удивлением следила за его взглядом и молчала.

- Нет…, конечно, я видел, - повернув голову к ней, наконец, пояснил он и вновь принялся её разглядывать, - но не так. Ты что-то сделала и теперь я вижу всё по-другому.

- Как по-другому?! – снова в голос от недоумения спросила она и. заведя руки за спину, прислонилась ладонями к стволу.

- Вот и ты сама всё больше и больше изменяешься.

Свете надоело несколько раз спрашивать одно и то же, она продолжала стоять молча.

- Света, ты где, - раздался голос мамы.

Девочка отбежала от дерева на открытое место.

- Мама, я тут, - громко ответила она и помахала рукой.

- Ты что там делаешь? Ну-ка быстро домой, обедать.

Света повернулась к мальчику и вполголоса спросила.

- Я приду вечером, ты будешь тут?

- Буду, - отозвалось у неё в голове. - Только никому не говори обо мне. Я потом расскажу почему.

В знак согласия она махнула рукой и с улыбкой на лице побежала к дому, даже не оглядываясь назад.

- С чего это ты такая довольная? - спросила мама, когда дочь закрывала калитку за собой. - Ты что, не думаешь, что я буду тебя ругать за уход со двора без разрешения?

Однако проникнувшись её приподнятым настроением, сама улыбнулась. А когда та подбежала к ней, шутя, всё же шлепнула ниже спины. Света засмеялась и, взявшись за руки, счастливая пара направилась в дом.

Послеобеденный сон для девочки её лет был обычным делом. Иногда и мама дремала вместе с ней. Проснувшись, они как обычно пили чай с бутербродом, но в этот раз Света удивительно быстро закончила с полдником и не то спросила маму, не то сообщила ей.

- Я пойду к источнику?

- Что тебя туда так тянет?

- Там прохладно, - ответила Света, выходя из кухни.

Мама ничего не успела сказать и только посмотрела ей вслед.

Как только девочка вышла во двор, сразу посмотрела в ту сторону. На месте, где стоял мальчик, опять было лишь светлое пятно.

- Ну, вот! Наверно нужно сильней присмотреться, что б увидеть его - подумала она и остановилась.

Но как бы ни старалась, ничего не менялось. Света удивилась и пошла к калитке. Выйдя на дорожку, она опять взглянула в сторону источника, всё было по-прежнему. И только примерно с середины пути, как это случалось раньше, начали появляться черты мальчика. Девочка остановилась, а затем отступила на несколько шагов назад – опять пятно. Будто тут было какое-то место, только пройдя которое что-то начинало меняться.

- Это твой папа так устроил, - пояснил тот же голос, после того как она сделала несколько шагов вперед.

- Папа!? – с удивлением спросила про себя девочка, продолжая идти.

- Он сделал стены у источника.

Как и до обеда, Света прошла мимо него к дереву, но теперь уже села на траву у ствола.

- Понимаешь, мы сами не знаем причину происходящего, но его строение из камня сделало это место особенным. Раньше такое тоже было, но лишь у самого источника, а теперь увеличилось вон на сколько, - мальчик сделал полукруг головой, как бы описывая что-то взглядом.

По этому жесту девочке было понятно лишь то, что он показывает границу, до которой что-то увеличилось. Она посмотрела в ту сторону, но ничего не увидела.

- Я знаю, ты ещё маленькая, что б понять, но если хочешь, можешь сама попробовать. Поднимись туда, - он кивнул головой в сторону возвышенности за источником, - на какое-то расстояние и так же как от дома не будешь меня видеть.

Пока незнакомец объяснял, Света внимательно вглядывалась в его губы, но они были совершенно неподвижны. В общем, она и сама пока не могла объяснить себе, каким, таким образом общалась с ним.

- Он что, совсем не может разговаривать, - подумала Света.

- Я никогда этого не делал, но можно попробовать.

- Тогда скажи моё имя, - и вслух произнесла, - Света.

Некоторое время ничего не происходило, но вскоре она увидела, как его губы зашевелились и раздался совсем ни на что не похожий звук. По тону он был заметно выше, чем даже её голос. Она улыбнулась.

- Нет, мальчики так не говорят, - и совсем неумело понизив голос, повторила своё имя и тут же рассмеялась от того, что у неё самой получилось. – Ты пока пробуй, а я пойду на гору.

Поднявшись и обойдя источник, она начала подниматься вверх по склону в том направлении, куда он показал. Шагая вперед Света, оглядывалась назад и видела, как мальчик отошел от источника и теперь стоял на видном месте перед ним. Примерно на таком же расстоянии, как от источника до того места на дорожке, где она только что ходила вперед-назад, мальчик стал ей казаться светлым пятном. Света сделала несколько шагов назад под гору, и он опять стал виден. Она присела, что б отдышаться от быстрого подъема и вдруг услышала звук.

- …вета….

Звук доносился от источника. Света вдруг поняла, что это он произнес её имя. Засмеявшись, она поднялась и в голос громко сказала.

- Ни Вета, а Света, - и начала быстро спускаться вниз.

- Пока ты шла, - услышала она его пояснения, - я тут тренировался, но это всё, что у меня получается.

- А мне нравится, - подумала Света, приближаясь к источнику и вслух сказала. – Давай для тебя я буду Вета.

Мальчик уже стоял на своем месте в проёме, когда она проходила мимо, направляясь к дереву.

- А как мне его называть? – и садясь как прежде спиной к стволу, ещё не отдышавшись от быстрой ходьбы, выдохнула голосом: – Не знаю!

Посмотрев на мальчика, заметила, как его губы зашевелились, и она вполне ясно услышала звучание.

- Наю….

- Наю?! Ну, вот! А говорил, что нет имени!

- Это не имя…, – с каким-то даже безразличием отозвался он в её голове. – Я просто сказал голосом то, что у меня лучше всего получилось произнести.

- Если хочешь, я так и буду тебя называть, - предложила Света. – Это будет твоё имя.

Она было уже поднялась, что б подбежать к нему и протянуть руку, как это делают, когда знакомятся, но вспомнив предупреждение, осталась на месте.

- Вета, Наю, - снова произнес он голосом ещё высоковатым для мальчика его возраста, хотя уже заметно лучше, чем первый раз. Затем, немного помолчав, добавил обычным для него способом разговаривать: - Пусть будет Наю, хотя мне совершенно непонятно, зачем это нужно.

Они снова некоторое время молчали, оставаясь на своих местах. Наю, так же как и раньше практически постоянно рассматривал всё окружающее, причем с таким видом как будто на самом деле видел всё в первый раз.

- Скажи, - всё ещё не привыкнув разговаривать, не произнося слова голосом, спросила Вета, но спохватившись, про себя договорила, - а как ты меня видишь? Какой?

Наверно тут в ней проявилась чисто женская природа её возраста, когда главным является вопрос – как я выгляжу. Наю повернул голову к ней и так же как раньше начал пристально всматриваться, но теперь уже почти постоянно их взгляды встречались. Минуты три, а может и больше между ними не происходило никакого общения.

- Знаешь, у тебя начинает появляться ещё…, - наконец проговорил он. - Я начинаю видеть тебя совсем не такой, как до нашей первой встречи.

- А какой я была тогда? – поинтересовалась Вета.

- Такой же, как и я. Как все остальные хоть у вас, хоть у нас. Мы всегда выглядели так. Ну, или, по крайней мере, мы всегда видели вас, так как себя.

- Но тогда я была в другом платье, - заметила она.

- Год назад, когда ты ещё меня не видела, - начал пояснять Наю, - в тебе не было ничего необычного, хоть и отличалась от своих родителей. Но после того как увидела меня, у тебя вверху начали появляться….

- Ну, что у меня появлялось? – уже с оттенком нетерпения перебила его Вета. Затем подняла руку и, прикоснувшись пальцами к лицу, спросила: - Вот тут, что ли?

- Да…, там…, два, - глядя ей прямо в глаза согласился он. – Они ещё что-то делают иногда.

- Глаза, что ли?! – её удивлению не было предела. – Вот я их закрыла, а вот открыла.

- Значит, это называется глаза, - то ли спросил, то ли сообщил самому себе Наю. – Вот они и появились у тебя тогда. Именно они вызвали у меня чувство опасности. Но когда я вернулся к своим, то через некоторое время и их уже видел с глазами. А они в свою очередь утверждали, что глаза появились у меня. Вот с того самого момента старейшины изолировали нас всех самым кардинальным образом.

Вета, поднявшись с земли, смотрела на него широко открытыми, не моргающими глазами. Она ровным счетом ничего не понимала.

- Ты что, - наконец проговорила она голосом и, подняв руки к голове, начала называть то, к чему поочередно прикасаться пальцами, - видишь только глаза, а волосы, уши, нос, рот не видишь?

- Скажи ещё что-нибудь так, как сейчас это сделала, - попросил он не сразу, а через какое-то время обоюдного молчания.

- Ну, вот! – с оттенком неудовольствия вновь сказала голосом Вета. - То не говори, теперь говори! Так как же мне с тобой разговаривать?

- Что это ты делаешь? – спросил он, хотя его губы за время их общения так ни разу не пошевелились. – Что у тебя меняется там ниже глаз?

- Делаю то, что делают все люди, - ответила Вета и коснулась пальцами правой руки своих губ. – Открываю и закрываю рот, когда разговариваю.

- Значит, сегодня у тебя появился рот, - медленно проговорил Наю, - и ещё то, что ты называла.

- Как это появляется! – продолжала недоумевать она. – Нос тоже только появился? А уши, волосы и голова целиком?

- Да, - согласился он, - раньше этого ничего не было.

- Как это не было?! – теперь уже с явным недоумением спросила Вета. - У тебя было, а у меня не было?!

- У меня…? – теперь настала очередь недоумевать Наю.

- Да у тебя ведь и сейчас всё это есть! Вон, посмотри на себя хотя бы тут в воду!

- У меня…? У меня тоже…? – снова переспросил он, но продолжал стоять на месте.

- Ты что, в зеркало на себя никогда не смотрел?

- А зачем это всё у тебя и у меня?

Вета несколько растерялась от такого вопроса, но затем задумалась. Она на самом деле разговаривала с ним, не пользуясь ртом, и слышали они друг друга как бы вовсе не ушами. Только видела она его глазами.

- Наверно затем, что я не могу так разговаривать с другими, как мы с тобой сейчас это делаем, – наконец проговорила она и усмехнулась, представив, как было бы интересно вот так поговорить со своими родителями. – Но ведь смотрим мы с тобой друг на друга глазами!

- Ничего не понимаю. Если сама ты не подозреваешь, какие изменения происходят в тебе, а вижу их только я, то меняется что-то во мне. Да, конечно. Я ведь начинаю видеть иначе не только тебя, но и всё окружающее, значит, меняется само моё восприятие. А если учесть, что это происходит только когда мы вместе, то причиной являешься ты. В то же время, со мной ничего не происходило прошлый раз, пока ты не увидела меня. Значит, твоё воздействие происходит тогда, когда ты привязываешься ко мне своим вниманием.

- Мне что, не смотреть на тебя? – не совсем понимая, о чем он говорит, спросила Вета и закрыла глаза.

- Подожди, - остановил её Наю, - ты сейчас что-то сделала с глазами и они изменились.

- Закрыла их, чтоб не смотреть на тебя! – с тенью недовольства заявила она.

- Значит, ты можешь их закрывать и открывать?

- Конечно! – и несколько раз продемонстрировала ему, как она это делает.

- А меня ты видишь, когда их закрываешь?

- Нет, конечно! Я вообще ничего не вижу! Как можно что-то видеть с закрытыми глазами?

- Вот в чем дело, – отреагировал Наю.

- Что? - не понимая, к чему это им сказано, спросила Вета.

- Я не буду сейчас объяснять, потому, что мне и самому не до конца всё понятно, - ответил он и продолжил с таким тоном, как будто обращался вовсе не к ней. – Но кое-что можно утверждать вполне определенно. Обретение способности видеть всё окружающее иначе, чем оно есть на самом деле не могло произойти без появления того, что называется глазами.

Вета молчала.

- Непонятно только, зачем вашим далеким предкам это было нужно, если они, так же как и мы видели всё и постоянно, - продолжал Наю, пристально вглядываясь в её глаза. Затем, немного помолчав, добавил: - Хотя…, нужно отметить, что с того момента как я начал видеть всё по-другому, ощущения совсем иные. Да, это очень необычно. Теперь я вижу в тебе не только плотную форму, но ещё и различные отдельные элементы.

- Это я тебя видела как форму от самого дома. А вон там, - она махнула рукой в направлении, где ходила по дорожке вперед-назад, - начинала различать тебя как мальчика.

- А я считал, что от дома ты совсем меня не видишь, но лишь чувствуешь моё присутствие тут. И только подойдя сюда ближе от того места на дорожке, начинаешь видеть мою форму. При этом особо значимым является то, почему даже тут у источника никто другой вообще никак меня не видит? Нет, в тебе есть что-то особенное. Ты не такая как все. Мы и на самом деле, не можем ни при каких условиях упустить этот шанс. Такого никогда не случалось между нами и вами.

Последние две фразы он снова произнес так, как будто они предназначались не ей, а кому-то другому. Но Вета не обратила внимания, ведь и раньше много чего не понимала в том, о чем он говорил. И всё же ей очень нравилось вот так быть рядом с ним и разговаривать даже непонятно о чем. Вполне возможно, причиной тому было одиночество, ведь не было у неё братика или сестрички.

- Значит, дальше того места на дорожке ты видишь меня как некую форму, – продолжал рассуждать Наю, - а тут как-то по-другому. Если я тебя вижу или видел всегда одинаково, а ты иначе, то нам осталось выяснить, как ты меня тут и сейчас видишь.

- А что тут такого!? - Вета пожала плечами. - Вижу тебя как мальчика - руки, ноги, голова. Я ведь тебе говорила ещё до того, как меня позвала мама….

- Руки…, ноги…, голова, - с расстановкой проговорил он.

- Ну, да! – она вытянула вперед руку. – Вот моя рука….

- Так это только…, - не договорив фразу, уж в который раз запнулся и начал пристально всматриваться в её руку.

Вета продолжала стоять, вертя ею в разных направлениях.

- Да, теперь я вижу и тут что-то особенное.

Тут она вспомнила, как в первую их встречу он держал ягоды земляники в ладони левой руки, а правой бросал их в ручей. Не успела ему сказать ему об этом, как он поднял свои руки так, что ладони оказались на уровне его лица и принялся рассматривать их.

- Я вижу это и у себя, - с некоторой озабоченностью произнес он.

Если бы сейчас рядом находился кто-то из взрослых, то обязательно бы отметил, что реакция Наю к происходящему с ним напоминала сцену из фильма «Матрица», когда стекленела рука главного героя при переходе в иную реальность. Только отличалось одно от другого тем, что Наю совершенно не чувствовал какого-либо изменения своего тела, он просто начинал видеть себя по другому.

- Значит теперь у меня это то, что называется руками, - затем наклонился и посмотрел вниз, – а это мои ноги.

Вете показалось забавным, как он рассматривает самого себя.

- Ты что ли и правда никогда не смотрелся в зеркало? - засмеялась она. – Я же тебе предлагала - посмотри на себя в воду.

- Теперь я на самом деле перехожу в ваш мир, - снова не отреагировал на её предложение Наю.

Она с улыбкой смотрела на него и ничего не отвечала.

- Если ты научишься видеть всё так, как есть на самом деле, - поняв её состояние, продолжил Наю, - то окажешься точно в таком же положении, в котором теперь нахожусь я.

- В каком?

- Странной от необычности, ненормальности, непривычности.

- Почему?

- Это трудно объяснить, - Наю немного помолчал и всё же сделал попытку. – Сам по себе наш мир более полон, но в то же время и более однообразен. Всё в нем различается только яркостью, размером и немного формой, но, по сути, одинаково.

- Значит вот этот орех, - Вета показала на отдельно стоящий куст орешника, - и меня ты видишь одинаково?

- Внешне да, если не принимать во внимание различие в плотной форме, - ответил Наю. - А так…, он лишь более светлый, как и все другие растения вообще.

- Но ведь он зеленый, широкий и выше меня! - эмоционально возразила она.

- Что значит зеленый? – спросил Наю.

Вета пристально смотрела на него, в надежде найти на лице признак того, что он шутит.

- Цвет у него зеленый! – всё же ответила она. – Платье у меня розовое, небо голубое, камни серые! Ты разве не видишь, что всё вокруг разного цвета?

- Значит, это называется цветом…, - принимаясь рассматривать перечисленное ею, с некоторой задумчивостью проговорил он так, как будто вовсе и не с ней разговаривал. – Но воспринимать его можно только глазами, а если их закрыть, то всё это исчезает. Очевидно, появление глаз было непосредственно связано с обретением способности такого восприятия. Теперь и я уже начинаю видеть голубое небо, зеленые листья, серые камни. Их предки тысячи лет назад предпочли разнообразие реальности. По всей видимости, это произошло как раз в то время, когда они перестали видеть нас.

- Что ты там бормочешь себе под нос? - Вета несколько растерялась от столь длинной и не совсем понятной его речи.

- Под нос это как? – вернулся он к разговору.

- Это когда что-то говорят совсем тихо, как будто сами с собой разговаривают! Вот как ты сейчас!

- А нос это что?

- То, что у тебя под глазами и надо ртом? – не совсем уверенно ответила Вета, вновь пытаясь рассмотреть в нем что-либо указывающее, что он подтрунивает над ней. Но лицо его по-прежнему было совершенно невозмутимым.

- То, чем мы с тобой дышим!

- Покажи, как это, - попросил Наю.

Она поняла руку, и указательным пальцем дотронувшись до кончика своего носа, начала объяснять, находясь всё в том же состоянии недоверия к его словам.

- Вот, я вдыхаю им воздух, - набрав в легкие столько воздуха, сколько смогла, затем, выпуская его через рот, продолжила говорить в голос, - ведь когда ты произносил моё имя, то делал точно так же?

- Понятно, - с неизменно сухим выражением лица отреагировал он. – Теперь я начинаю различать и твой нос.

Вета ничего не ответила, не зная, что и думать. То ли взаправду он это всё говорит, или всё же притворяется, а про себя смеётся над ней.

- А рот, это то с помощью чего вы общаетесь голосом, – продолжал Наю. - Но теперь ведь и сама знаешь, что общаться можно не используя рот и голос. Так вот, я думаю, что в скором времени, если нам ничего не помешает, ты убедишься и в том, что видеть можно вовсе не глазами. У нас всё это излишне и именно поэтому я на самом деле не видел ничего такого ни у тебя, ни у кого-то другого.

- А я смогу научиться видеть всё так, как видишь ты? – наконец поинтересовалась Вета.

- Думаю, сможешь, только я уже говорил, что вряд ли посчитаешь это для себя необходимым.

- Почему?

- Возможно, как раз потому, что наш мир далеко не столь разноцветен. Вот я лишь начал смотреть на него, как научился у тебя, и он очень озадачивает. Вместе с этим и чувствовать себя я начинаю по-другому. Что-то теряю, такое ощущение, что что-то не так…, не так свободно, что ли. Но это неважно, главное найти ответы на наши вопросы. Однако сегодня наше общение закончилось, сейчас тебя позовет мама.

Повернувшись к дому, Вета увидела, как открывающуюся дверь выходит во двор мама и ищет её глазами.

- Я тут, мам…, - отойдя от дерева, она помахала рукой.

Мама сделала знак рукой, что б она шла домой.

- Да, иду! - крикнула в ответ, а когда та спокойно перевела взгляд на цветы во дворе, повернулась к Наю.

- Ты придешь завтра?

- Я всегда буду тут, когда бы ты не пришла.

Вета повернулась и побежала по дорожке.

- Только завтра мы не встретимся, - сказал Наю ей вслед.

Она остановилась и с удивлением посмотрела на него.

- Почему?

- Сегодня поздно вечером приедет твой папа, и весь завтрашний день будешь с ним.

- Вот хорошо, - подумала Вета и направилась к дому, но теперь уже обычным шагом и не так весело, как перед обедом. Мысль о скорой встрече с папой не дала ей даже подумать, откуда Наю знает, что он завтра приедет.

Наю оказался прав, он действительно приехал поздно ночью, когда Света уже крепко спала. Едва проснувшись в обычное для неё время, в одной ночной рубашке она вскочила из комнаты и тут же увидела неподалеку сидящим на стуле дедушку. Он вполголоса попросил её не будить папу с мамой, потому что они довольно поздно легли спать. После завтрака ей захотелось сбегать к источнику, поговорить с Наю, но потом подумала, что если, проснувшись, папа не увидит её сразу, это будет не очень хорошо. Через какое-то время вышла мама и, увидев ее, приложила палец к губам.

- Тсс…, не шуми.

В общем, неожиданно для девочки, почти половина дня прошла довольно скучно, и когда папа, наконец, вышел из спальни, встреча получилась не такая яркая и бурная, как это бывало раньше. Он вручил ей подарки и до самого обеда был с ней в детской. Света показывала ему свои рисунки, вышивку, а затем по его просьбе почитала вслух книжку. Он остался доволен чтением. Затем обсуждали содержание других книжек, которые она прочитала в его отсутствие, и долго разговаривали о всяком разном. Сразу после обеда он предложил сходить с ним к источнику, а послеобеденный сон отложить на время после этой прогулки. Она немного смутилась, но, не припоминая того, что б Наю просил её не приходить туда с кем-либо, согласилась. Папа не заметил некоторую нерешительность дочери, потому что в этот момент смотрел на маму, как бы приглашая её взглядом прогуляться с ними.

- Нет, я сегодня мало спала и мне нужно немного вздремнуть, – отказалась она. - Прогуляйтесь без меня.

Папа с дочкой вышли из дома.

- Ну, что, ты тут больше никого не видела, - полушутя спросил папа, когда они прошли уже половину пути.

Света несколько растерялась, не зная, что ответить. Она не могла сказать, что видела, так как Наю просил её об этом, но если сказать не видела, значит обмануть.

- Просто промолчи, - раздался голос Наю.

Это произошло так неожиданно, что она и на этот раз не сразу поняла, то ли услышала слова, то ли они появились в её голове, как это было раньше. Света начала оглядываться по сторонам, ища мальчика взглядом. Однако вокруг никого не было. Затем посмотрела на папу, но видно было, что он ничего не слышал. Он в свою очередь подумал, что дочь не хочет вспоминать тот случай и не стал настаивать на ответе на заданный им вопрос.

- Что-нибудь ищешь? – спросил он, всё же заметив, как она озирается.
- Нет…, ничего…, просто так.

Подойдя к источнику, они зашли внутрь. Раньше девочка не обращала внимания на стены, но теперь начала их разглядывать.

- Это ты тут всё сделал?

- Не сам конечно. Просил людей, что б они построили именно так, – задумчиво пояснил он.

- Тебе так захотелось?

- Вот именно…, так захотелось. И даже сам не знаю почему. Мне казалось, когда-нибудь я буду отдыхать тут целыми часами. Но теперь такое ощущение, будто я здесь быстрее утомляюсь по сравнению с обычными прогулками по лесу. Ничего, у нас ещё будет время всё это проверить много раз. А теперь пойдем обратно, мне уже пора ехать.

- Па, может, ты найдешь другую работу, что бы с нами больше быть дома, - с тоном некоторой обиды спросила Света, когда они вышли наружу.

- Обязательно! - Он подхватил её на руки и прижал к себе. – Только не сейчас, потерпи ещё немного. Я обещаю приезжать чаще.

Дочь обхватила его за шею и прикоснулась своей головой к его голове. Так они и направились в обратный путь. После прогулки она быстро заснула, а он поцеловал её, попрощался с мамой, дедушкой, и уехал. Проснулась она, когда день уже клонился к вечеру. Наю угадал, сегодня им никак не увидеться.

На следующее утро, выйдя из дома, сразу увидела светлое пятно на том же самом месте.

- Здравствуй Наю, - однако в ответ ничего не услышала.

Потом, когда зашла дальше той самой невидимой черты на дорожке, спросила:
- Ты наверно не слышал, что я с тобой поздоровалась сразу, как только вышла из дома?

- Нет, слышал. Это ты не слышала, как я тебе ответил.

- Да…! А ты, значит, слышишь меня в любом месте, где бы я ни была?

- Только если ты…, – не закончив фразу Наю замолчал. Но когда Вета подошла к своему месту у дерева, продолжил. - Не знаю, как тебе сказать, что б было понятней. Помнишь, в первую нашу встречу я просил, что б ты меня отпустила?

- Ничего себе – просил! Ты кричал, как будто я тебя напугала! А я и сама тогда испугалась!

- Напугала? Как это испугалась? Я просто просил тебя отпустить, вот и всё. Может ты тоже почувствовала опасность, так как это было сделано слишком сильно. Но от меня её не могло быть никакой, ведь я уходил от тебя.

- Ну, да! Ты увидел мои глаза и испугался…, – Вета не закончила свою мысль, как он прервал её.

- Понимаешь, это было уже после, а до того для меня было полной неожиданностью, что ты вообще можешь меня видеть. Никто из вас за тысячи лет ни разу вот так непосредственно не мог видеть кого-либо из нас. Да, было время, хоть и достаточно давно, когда в таких местах как это мы видели друг друга, и это было нормой. Но потом что-то произошло, и вы постепенно разучились нас видеть. Поэтому в прошлом году я был абсолютно убежден, что наша встреча никоим образом не может произойти.

- А почему ты просил отпустить? Я ведь тебя даже не трогала, - не привыкнув ещё постоянно формулировать вопрос про себя, в голос спросила Света.

Он не стал снова напоминать об этом, по всей видимости, понимая, что ей нужно время, чтобы привыкнуть.

- Ну как же. Друг к другу мы конечно не прикасались, но своим вниманием ты связала меня с собой. Я не мог уйти, пока существовала эта связь. А вот когда отвернулась, посмотрев в сторону дома, и пусть даже на очень короткое время отвлеклась от меня, то именно этим как раз отпустила. Мне никогда в жизни раньше не приходилось с таким сталкиваться, впрочем, как и всем нашим.

Вете было вообще непонятно, о чем он говорит.

- Но я же только смотрела, - теперь уже без прежней уверенности попыталась пояснить она.

Наю пристально посмотрел на неё.

- Но разве ты сама не видишь, что внимание это связь между тем на кого или на что ты смотришь? – через некоторое время спросил он.

- Как это?

Для Наю это был уже второй случай, когда он оказался в состоянии недоумения. Он не понимал, зачем объяснять то, что вполне очевидно.

- Какая она эта связь? – продолжала настаивать Вета.

- Значит, не видишь…. Значит, вы утеряли и эту способность и теперь ничего такого не видите, – произносил он отрывочные фразы как бы в некоторой задумчивости.

Наступила довольно продолжительная пауза в их разговоре, несколько минут никто ничего не говорил. Наю, всё так же продолжая рассматривать всё вокруг, возможно, о чем-то и думал, но она не слышала, да и собственных упорядоченных мыслей у неё не было.

- Получается, - наконец забормотал он себе под нос, как это уже случалось с ним раньше, - эти люди, обретя способность видеть мир в цветах, потеряли способность видеть реальный мир вообще. Как такое возможно? Зачем? И стоило ли оно того?

- Ты о чем? - поинтересовалась Вета, ведь от разговора с ней его отвлекли глубокие размышления или общение со своими.

- Твоё внимание соединяет с тобой не только меня, а всех и всё на что ты его обратила, – вернулся к объяснениям Наю. – Однако до тех пор, пока сама не научишься видеть всё как мы, понять и представить это тебе будет очень трудно. А сейчас нужно просто поверить, что когда ты внимательно смотришь на что угодно, к примеру, на тот куст орешника, между ним и тобой уже образуется связь.

- А ты видишь её?

- Не только вижу, но и чувствую. Мало того, связь с тобой меня держит, пока ты не переключишь своё внимание на что-то другое. А если это пристальное, сильное, жесткое внимание, то оторваться от него довольно непросто. Однако есть ещё кое-что, хотя опять же тебе вряд ли это понять, но возможно пригодится в будущем. Так вот, на самом деле первостепенную роль тут исполняют не глаза, так что в том виде какие они есть у всех вас….

- У тебя они тоже есть! – перебила его Вета.

- Ну, да…, наверное, - как-то не очень уверенно, согласился с ней Наю. - Только это сложный для объяснения вопрос даже для меня, так что давай прежде я рассказу тебе о связи.

Она ничего не ответила.

- Дело в том, что даже когда ты о ком-либо или о чем-либо думаешь, то уже образуешь связь. Правда, она намного слабее взгляда и меня, к примеру, такая связь с тобой ничуть не стесняет, но при этом я уже знаю, что ты обо мне думаешь. Вот ты вспоминала меня вчера, когда была дома, и я знал об этом. Я даже мог тогда тебе что-то сообщить, но ты все равно не смогла бы это воспринять. Наверно, именно потому у нас не существует имен, в них просто нет необходимости. Ведь как только кто-то в нашем мире захочет со мной пообщаться, я уже чувствую это, и ему нет необходимости ко мне как-то обращаться и каким-либо образом меня назвать.

- Вот здорово! – воскликнула Вета, которую восхитила только последняя сказанная им фраза.

- Но ведь мы с тобой сейчас общаемся именно так. Находясь вот тут у источника, мы с тобой ни разу не назвали друг друга по имени. В этом просто нет необходимости, когда связь устанавливается только между нами.

- Получается, я могу с ним разговаривать только здесь, - подумала Вета. - А если дальше, то только если он научится говорить голосом?

- Или ты научишься слышать меня дальше, чем тут у источника, - Наю пристально посмотрел на то самое место дорожки и ненадолго задумался. – Знаешь, мне кажется, нам нужно попробовать потренироваться, что б ты научилась слышать меня дальше того места. Очевидно, тут нам помогает источник, а точнее, строение твоего папы, которое делает его сильнее.

- И как мы будем тренироваться, - поинтересовалась Вета.

- Помнишь, я говорил, что ты не такая как все остальные из вашего мира, ты отличаешься даже от своих родителей. И, как бы это не казалось странным, но и меня в нашем мире считают не таким как другие. И то, что наша встреча произошла, вообще можно считать невероятным, почти невозможным случаем. Хотя…, нам много чего неизвестно. Может она вовсе и неслучайна, что узнать мы конечно не сможем. Да в этом и нет никакой необходимости. Главное, нам нужно попробовать сделаться ещё более не такими, какие мы есть сейчас.

Последнюю фразу Наю произнес как-то особенно, по всей видимости, из желания обратить особое внимание на неё.

- Ты должна ещё больше стать похожей на нас, а я на вас. Понимаешь, мне необходимо стать видимым для других людей и в этом можешь помочь мне только ты. Когда будешь учиться видеть меня в любом месте не просто как некую форму, а так как ты видишь меня сейчас, я буду, как мне кажется, становиться видимым для каждого из вас. К тому же, ты научишься слышать меня в любом месте, чтобы мы всегда могли разговаривать друг с другом.

- И как мы будем это делать?

- Нужно попробовать на том месте дорожки, где ты видишь меня и как форму, и так как сейчас, - ответил Наю и, немного подумав, добавил, - Да, это будет самое подходящее место, где нам стоит начать с тобой тренироваться.

Вета хоть и знала, о каком месте он говорит, но чисто механически посмотрела в ту сторону.

- Пошли, - согласилась она.

Повернув голову обратно к источнику, уже не увидела там Наю. Он просто исчез со своего места в проёме, где только что стоял. Вета начала смотреть по сторонам, и увидела его на том самом месте, о котором он только что говорил.

- Как это у тебя получилось? Как ты так быстро там оказался?

Наю уж в который раз посмотрел на неё в недоумении, хотя и не столь явным, как раньше. По всей видимости, он начинал постепенно привыкать, что люди этого мира много чего утеряли из своих прежних способностей.

- Теперь становится понятным, почему вы создаете разного рода формы, в которых перемещаетесь от одного места к другому. Потому, что потеряли способность самостоятельно это делать, - поясняя эту свою мысль, он всё же заметил, что она не понимает, о чем он собственно говорит и продолжил: - Ну, те, которые вы называете – машиной, поездом и, наверно, ещё что-то.

Вета стояла и смотрела на него, ей попросту нечего было сказать по этому поводу.

- Ладно, об этом после. Иди сюда, начнем тренироваться и…, - он взглядом показал на лежащий у дорожки небольшой камень, - прихвати его с собой.

Вета направилась к камню, который был размером примерно с её кулак. Когда она наклонилась, чтоб поднять его, а затем снова посмотрела в сторону, где стоял Наю, то его уже там не было. Теперь он как обычно стоял на своем прежнем месте у источника.

- Зачем ты это делаешь?

- Я ведь тебе говорил, мы не должны близко приближаться друг к другу. На самом деле, я не знаю, может ничего не произойдет, но на всякий случай нам пока лучше быть на расстоянии. Найди то место, где ты видишь меня так и так, - сказал Наю, когда она подошла туда, – и положи камень.

Вета несколько раз сделала по три шага вперед-назад, и затем отметила нужное место камнем. Когда она подняла голову, он уже стоял шагах в семи от неё.

- Сделай шаг ко мне, - предложил Наю.

Она приблизилась.

- Теперь не поворачиваясь два шага назад, непрерывно продолжая смотреть на меня.

Вета сделала, как он просил, и лишь теперь ей стало более понятным то, когда Наю говорил о линии вокруг источника, за которой происходят изменения. Теперь он стоял в нескольких шагах напротив неё, но когда она находилась за ней, Наю растворялся и становился пятном. Стоило ей сделать несколько шагов вперед, заходя за оставленный ей камешек, как появились его черты, слышался голос.

- Когда ты отходишь, то старайся как-то не терять ни меня, ни мой голос, а я буду тебе помогать и сам при этом учиться.

Как ни старалась Вета всё это проделывать, ничего у неё не получалось. Так шагала она вперед-назад довольно долго, и когда она в очередной раз шагнула вперед, услышала Наю.

- Остановись. Мама сейчас выйдет из дома за тобой.

Вета повернулась к дому и увидела, как из дверей выглянула мама и помахала рукой, что б она шла домой.

- Уже иду.

- Ничего, что сейчас у нас ничего не получилось, - раздались успокаивающе  слова Наю, - всё не так просто и нужно много тренироваться. Беги, мы ещё встретимся.

 

Часть четвертая