Глава II К оглавлению

Глава III

1. Первое посвящение в тайное

 

Период конца весны и начала лета обитателям усадьбы, как и всем жителям сельской местности, предоставлял мало времени для досуга. И всё же, в один из будних дней Анатолий Михайлович с Милой решили продолжить начатый с Наю разговор. Вета была в школе, и они втроем собрались в кабинете, где при необходимости можно пользоваться интернетом.

- Помимо книг, о которых мы говорили прошлый раз, - заговорил Наю, - я ознакомился с другими, что находятся тут на полках, и буду на них ссылаться. Конечно, я говорю только о тех, содержание которых в той или иной форме касается устройства нашего Мира. Разговор будет идти с точки зрения ваших представлений о нем, потому что на них основано содержание книг.

- Если ты говоришь о Тайной Доктрине, то после нашей прошлой встречи я навёл справки в интернете и там сказано, что её основой является некая Книга Дзиан или Дзен, достоверность которой так же довольно сомнительна. Оно и понятно, ведь если верить тому, что текст на самом деле написан несколько тысячелетий назад, когда наши пращуры только слезли с деревьев, то есть были крайне дремучими, то они попросту не могли обладать такими знаниями. Не думаю, что тогда им нечем было больше заняться, кроме как размышлять об устройстве Вселенной.

- Совершенно ошибочное представление о пращурах и я постараюсь вас в этом убедить, - твердо заявил Наю. – А что касается самих книг, то старейшины выяснили, что они имели ещё более древний источник знаний. Подтверждением этому являются другие книги, такие как манускрипт «Суть бытия», из содержания которого я уже кое-то цитировал, «Авеста», ведийская литература, немного из древнеперсидской и прочее. Вполне достаточно сравнить содержание всех и убедиться в их схожести, то есть в том, что в них использовались одни и те же знания.

- Я вижу, тут папки с листами разных книг довольно увесистые, - заметила Мила. - Ты на самом деле все их прочитал?

- Нет, - без раздумий ответит Наю, быть может потому, что именно об этом сам хотел сказать. - В этом нет какой-либо необходимости. Нам достаточно было познакомиться с основой, по которой старейшины установили их происхождение.

- И что же это за первоисточник? – поинтересовался Анатолий Михайлович и, рассчитывая получить ответ, повернулся к компьютеру, чтобы поискать сведения в интернете. – Как называется книга?

- На самом деле это не книга, - не оправдал его ожиданий Наю. – До того как изначальные знания от некоего первоисточника, как вы выразились, стали записываться, на протяжении долгого времени они передавались из поколения в поколение в устной форме. Существовала довольно немногочисленная группа людей, представители которой заучивали их, стараясь сохранять исходное содержание. Считалось, что эти люди, как, к примеру, наши старейшины, занимались более важной деятельностью, а значит, их функция рассматривалась как более полезная, по отношению к другим членам общества, к которому они принадлежали.

- Уж, не о церковных ли служителях ты говоришь? – поинтересовался Анатолий Михайлович. – А если учесть, что перечисленные тобой материалы в большинстве имеют восточное происхождение, то там это была каста жрецов или брахманов.

- Мы не задавались таким вопросом, - ответил Наю, – ведь не столь важно, как называть людей. Более существенным является то, что по тем или иным причинам они со временем оделялись друг от друга, поэтому сейчас имеются заметно отличающиеся трактовки первоначальных знаний. Кроме того, опять же по разного рода обстоятельствам, в процессе написания текстов они были изложены далеко не в полном объеме. Возможно, Алексей успел собрать не все их, и где-то существуют ещё другие, но….

- Наверняка существуют, - подтвердил Анатолий Михайлович.

Вдаваться в объяснения, однако он не стал, но Миле тоже пришла эта мысль в голову, так как она думала о Библии.

- Но нам оказалось достаточным того, что есть, - продолжил свою мысль Наю, – и теперь мы имеем практически полное представление картины мироустройства.

- Это ещё ничего не значит! Вы просто разобрались с позицией авторов книг, которая мягко говоря, была далека от настоящего устройства Вселенной.

- Сравнив всё это, - уверенно продолжил Наю, взглядом указав на полки с папками, - с вашим современным научным представлением мироустройства и с исходными знаниями древности, мы пришли к выводу, что в совокупности тут содержится достаточно близкое к достоверности описание возникновения нашего Мира.

- Вот так даже! – воскликнул Анатолий Михайлович. – Интересно! Я заинтригован!

- Вы что, - на этот раз поинтересовалась Мила, - смогли каким-то образом познакомиться с исходными знаниями?

- И в этом нет необходимости, - ответил Наю. – Мы сопоставили содержание имеющихся текстов с событиями того времени. При этом, однако, нашли и ошибки, которых попросту не должно было быть в исходных знаниях.

- Я не совсем понимаю, - пристально посмотрела она на него. - Ты хочешь сказать, что вы способны видеть события, которые имели место тысячелетия назад?

- На моей памяти не было случая, чтоб нам для чего-нибудь это понадобилось, но в принципе это так, - спокойно пояснил он. – Не такой уж большой промежуток времени десять-пятнадцать тысяч лет.

Хотя его утверждение немало удивило их обоих, но на её лице нетрудно было заметить явное недоверие.

- Ну, это для кого как, - отреагировал Анатолий Михайлович.

- Старейшины способны видеть многим более удаленные события прошлого. Для этого один из них проводит определенные действия, а иногда совместно с другими.

- У нас такие действия принято назвать ритуальными или ритуальными обрядами, - пояснил Анатолий Михайлович. – Шаманизм, проще говоря.

- Не имеет значения, как называть, главное получить результат, - спокойно, но твердо заявил Наю. – Давайте всё же приступим непосредственно к рассмотрению вопроса. В текстах нам встретилось несколько понятий, смысл которых мы не могли определить в полной мере. Так, например - кальпа, что-то связанное с промежутком времени. Нельзя ли как-нибудь выяснить значение этого слова?

- Не знаю, - Анатолий Михайлович пожал плечами и повернулся к компьютеру. – Сейчас попробую.
Набирая на клавиатуре слово, он, конечно, знал, что Наю и так будет воспринимать содержание, но для Милы всё же прочитал вслух.

- Кальпа - день Брахмы, продолжительностью 4,32 миллиарда лет. По прошествии этого периода наступает ночь Брахмы такой же продолжительности. Она подразделяется на 14 временных промежутков, называемых манвантарами. Кальпа считается самой большой единицей измерения промежутка времени, - он повернулся, намереваясь спросить, читать ли текст дальше.

- Этого достаточно, теперь всё стало на свои места, - как всегда с опережением пояснил Наю и продолжил. - В общем, старейшины выяснили, что момент рождения нашего Мира, который, как мне говорил дедушка, у вас называется Вселенная или метагалактика….

- «Какой он тебе дедушка? – сама собой появилась мысль в голове Милы. – Не хватало ещё, что б ты меня мамой стал называть!»

Наю запнулся на полуслове и посмотрел на неё. Мила вдруг вспомнила, ведь её предупреждали, что он знает мысли каждого из них. Она сильно смутилась под его взглядом, и даже румянец появился на щеках.

- Да, нет, - тихо произнесла она, желая как-то искупить свою оплошность, - глупая мысль была. На самом деле я ничуть не против.

- Ты о чем? – повернулся к ней Анатолий Михайлович, но, заметив её смущение тоже стушевался. – Ладно, не отвечай! Я спросил не подумавши.

На том инцидент был исчерпан и Наю продолжил.

- Так вот, момент рождения нашего Мира соответствует началу отсчета времени её существования, продолжительностью в одну Кальпу, то есть 4.32 млрд. лет. День Брахмы будет более правильным считать периодом существования (бытия), ночь Брахмы - период несуществования (небытия).

Анатолий Михайлович отодвинул клавиатуру и приготовился слушать.

- Теперь необходимо поговорить о ближайшем к нашей планете объекту, который по вашим словам, - Наю посмотрел на него, - является спутником и имеет название Луна. Полная смена всех его фаз (синодический месяц) происходит примерно за 29,5 дня. А полный оборот вокруг планеты (сидерический месяц) длится 27,3 дня. Среднее значение между тем и другим составляет 28,4 дня. Получается, что рост Луны происходит за 14.2 дня, что количественно совпадает с числом манвантар периода существования Мира или дня Брамы, о чем вы только что прочитали. Несоответствие в 0,2 можно не учитывать на том основании, что во время существования первоисточника знаний, числовые значения были меньше. Если теперь учесть, что Луна как спутник нашей планеты существовала не с самого начала образования Земли, а появилась позже, то сам факт обратимости к нам постоянно одной стороной и с количеством фаз кратным числу "семь" заставляет рассматривать её как достойный вниманию объект, необходимый для понимания самой системы мироустройства. Такое может показаться неправдоподобным, но на самом деле так и есть. Чтоб убедиться в этом, обратимся к станцам книги Дзен, где в самой первой строке, описывающей состояние предшествующее периоду существования, разговор идет о семи Вечностях.

 

  Предвечная Матерь-Рождающая, сокрытая в своих Покровах, Вечно-Невидимых, еще раз дремала в продолжении Семи Вечностей.  

Или строка в шестой станце -

  ...одних Сумерек до следующих на продолжении Семи Вечностей.…  

Так как мы ведем разговор о периоде существовании, то можно заключить, что хронологически он разделен не только на четырнадцать манвантар, но также определяется этапами семи Вечностей. Получается, один этап состоит из двух манвантар общей продолжительностью примерно 617 млн. лет, что в книге Дзен как раз и называется Вечностью, количество которых для периода существования равно семи.

- Интересно, - поинтересовалась Мила, - почему именно семь? Просто таинственное число какое-то.

- Обычно такое явление называют сакральным, - уточнил Анатолий Михайлович. – Почему-то многие даже считают само число, впрочем, как и цифру семь - счастливыми.

- А другие точно таким же образом относятся к числу «три», - то ли возразила, то ли добавила от себя Мила.

- Были такие строчки у Высоцкого, – улыбнулся он, - «…Жалею вас приверженцы фатальных дат и цифр, томитесь как наложницы в гареме…».

- В прошлый наш разговор вы уже говорили о неизвестном мне чувстве счастья, - прервал их Наю, - и оно, если я правильно понял, возникает под воздействием на человека вашего Мира каких-то внешних факторов. Но каким образом обычное число или цифра может порождать у людей вашего Мира это чувство? Ведь само число семь, впрочем, как и все другие, не несет в себе ничего сакрального. Это лишь число и не более того.

- Да, это так. Но в большинстве случаев тут нужно говорить не о счастье, а более приземленном, обыденном - удаче, везении, фортуне. Вот ты говорил, что ваши старейшины проводят определенный ритуал, чтоб узнать нечто пока им неизвестное, а значит, они надеются получить скрытое от них знание. Так вот слово «надеяться» как правило, и есть это самое - ожидание удачи. Правда, у нас люди надеются на удачу или везение в более прозаических делах, и, тем не менее, так же как и ваши старейшины, обращаются к чему-то скрытому, о котором даже понятия не имеют.

- Что ж, пусть действия людей вашего Мира основаны на подсознании, но отчасти они оправданы, - согласился с его доводами Наю.

- Как это понимать!? Ты же сам говорил, что числа не содержат в себе никакой сакральной силы.

- Да, в этом смысле цифры сами по себе ничего не значат, но совсем другое дело, если что-то важное в самом человеке отражается количественно, то есть числом. Речь идет о некой своего рода первооснове всего существующего, и как бы это не казалось необычным, но она на самом деле связана с числом семь.

- И что же это за первооснова, которая так влияет на наше подсознание? – поинтересовалась Мила, надеясь найти подтверждение чего-то связанного с религий. Она помнила из общения батюшкой в тюрьме про семь таинств, семь архангелов, семидневный пост.

- Это семь взаимосвязанных друг с другом Миров, - то ли продолжил свою мысль, то ли ответил ей Наю, - шесть из которых окружают седьмой и фактически создают его.

Мила разочарованно поджала губы.

- Ты хочешь сказать, - на этот раз поинтересовался Анатолий Михайлович, - что помимо нашей Вселенной вы знаете ещё шесть?

- Мы не имели никого понятия о них самих, да и сейчас непосредственно незнакомы, - отреагировал Наю. – Лишь готовясь к этому разговору, старейшины узнали об их существовании.

- Но современные технические средства не позволят заглянуть даже до края нашей метагалактики, - настаивал Анатолий Михайлович, - как при этом можно говорить о существовании соседних?

- Ваши технические средства не могут помочь понять устройство мира, так как создавались лишь для подтверждения уже сформированных представлений о нем. А эти представления ошибочны изначально. Давайте воспроизведем ваши современные данные об окружающем нас пространстве далее того скопления звезд к которому относится наша звезда.

- Её имя - Солнце, я ведь говорил, - решил напомнить Анатолий Михайлович. – Оно входит в группу звезд нашей галактики.

- А в какое более крупное образование входит она?

- В местное скопление галактик.

- Есть в вашей классификации ещё большие звездные образования? - продолжал Наю.

- Конечно! – уверенно заявил Анатолий Михайлович. – Это сверхскопления, но как называется то, которому принадлежим мы, я не помню. Сейчас посмотрю.

Он повернулся к компьютеру. Миле показалось неинтересным новое направление разговора, и она хотела было уйти, но как только Анатолий Михайлович начал читать, произошло невероятное. С первыми его словами в центре комнаты на высоте около полутора метров от пола возникло непонятное слабое свечение. Мила даже немного испугалась, но заметив пристальный взгляд Наю в том направлении, поняла, что это его рук дело. Хотя, конечно, и не рук вовсе, но все же её это успокоило.

- Наша местная группа галактик принадлежит сверхскоплению Девы, - под звук голоса Анатолия Михайловича свечение под управлением Наю начало менять свою форму. – Рядом с ним находится сверхскопление Гидры и Центавра.

- Наю, - у Милы кончилось терпение, - ты что делаешь?

- Воспроизвожу то, что читает дедушка, - спокойно пояснил он.

Анатолий Михайлович оглянулся и замер от удивления.

- Я только текст читал, - несколько растерянно и удивленно проговорил он. – Как ты мог воспроизвести изображение, причем пространственно расположить все объекты?

- Мне достаточно было узнать расположение того места, о котором там говорится, - пояснил он, - и теперь смотрю на объекты находящиеся в нем. Конечно, делаю я это не один, а с другими.

- Что за черная точка? – Мила всматривалась в наиболее светлое место.

- Это я отметил, где находимся мы, - Наю повернулся к Анатолию Михайловичу, - что там ещё сказано?

- Ближайшее к этим трём на расстоянии более 300 миллионов световых лет находится сверхскопление «Волос вероники», - повернувшись к компьютеру, прочитал Анатолий Михайлович и опять посмотрел на творение Наю.

Оно на самом деле было впечатляющим. Как будто невидимый пучок света от фонарика поднимался вверх, освещая по пути так же ранее невидимые маленькие звезды и отдельные галактики. И вот засветился более крупный объект, по размерам сходный с первым.

- Как жаль, что Вета этого не видит! – с придыханием произнесла Мила.

- Если она так же интенсивно продолжит заниматься со мной, - заявил Наю, - то скоро сама сможет увидеть всё так, как вижу я.

- Сверхскопление Персея-Рыб, - не дожидаясь напоминания, прочитал следующее Анатолий Михайлович, – находится на расстоянии около 300 миллионов световых лет.

Луч медленно начал двигаться влево и немного вниз от первого объекта. Примерно на таком же расстоянии как до верхнего объекта он остановился, высветив несколько более вытянутый третий объект.

- Как красиво! – не переставала восхищаться Мила.

- Павлина-Индейца, - прочитал Анатолий Михайлович, теперь вглядываясь в фотографию звездного неба на компьютере. – Это небольшое по размерам сверхскопление и о нем тут нет данных.

- И не нужно, - заявил Наю, на этот раз, перемещая луч так же в сторону от первого объекта. – Это находится примерно на таком же расстоянии, как второй и третий.

Картинка стала ещё более впечатляющей, когда созданные им объекты начали вращаться около некой невидимой вертикальной оси.

 

   

- Конечно, есть много других похожих звездных образований, - прокомментировал Наю, - но они расположены на гораздо большем удалении от нашего Мира.

- Так у тебя сверхскопления тоже Миры, - со слабым оттенком сарказма поинтересовался Анатолий Михайлович.

- Нет, - равнодушно ответил Наю. – Не сами эти объекты, а области пространства, к которым они принадлежат. Обратите внимание, как они расположены относительно друг друга.

- Не вижу ничего примечательного, - уже и Мила вовлеклась в рассматриваемую ими тему.

- Я выделю эти образования и соответствующие им области пространства разными цветами, - ответил Наю.

Анатолий Михайлович и Мила в очередной раз были поражены фантастичностью происходящего перед ними, когда изображения сверхскоплений обрели непрозрачный желтоватый цвет, и тут же оказались внутри четырех прозрачных голубых сфер. Солнечный свет за окном потускнел, и полутемная комната наполнилась мягкой голубой дымкой.

   

- Вот это и есть Миры, - проговорил Наю.

- Подожди, - смутился Анатолий Михайлович. – Ты хочешь сказать, что это те четыре отдельные Вселенные, входящие в состав некой семерки, о которых нам только что рассказывал?

- Да, - подтвердил Наю. – И что бы довести эту систему до конца, я проведу линии через центры областей, в том числе и через остальные три.

   

- Но на этих осях и на таком же расстоянии от центра нет сверхскоплений, - заявил Анатолий Михайлович.

- Потому, что эти три Мира находятся в состоянии не существования, - настаивал Наю. – Они кажутся пустотами, но они там есть.

- Пустоты? Они должны иметь какое-то название, – он снова повернулся к компьютеру и набрал вопрос. – Да…, они называются войдами.

- Однако, нужно учесть, что показанные мной тут голубым и синим цветом области, лишь схематическое изображение Вселенных, - он показал на своё творение в центре комнаты. - Ближе к реальности семерка Миров имеет совсем другой вид и помогающие мне люди, которые участвуют в нашем разговоре, видят всё это как есть в пространстве. Следующий раз я покажу вам его. К тому же, если проводить наблюдения этих объектов непосредственно в небе, то ваше видение будет искаженным. Поэтому они будут вам казаться несколько сдвинутыми со своих мест, ведь основой вашего зрения является солнечный свет и свет звезд, а он под воздействием разных условий меняет направление движения. Особенно это свойственно тем областям пространства, в которых находятся Миры в состоянии не существования, то есть войды, где сконцентрирован очень большой потенциал энергии.

Анатолий Михайлович был удивлен таким открытием, но всё же выдвинул ещё один аргумент с защиту своей позиции.

- Вселенной мы называем всё не только видимое, но и каким-либо образом регистрируемое пространство. А это ни много ни мало 14 миллиардов световых лет. Твои же Миры имеют в среднем по 300 миллионов световых лет. Не маловато ли для Вселенной?

- А кто и как у вас определяет такой параметр как мало, много или достаточно для неё? – спросил Наю. – Я уже говорил, очевидно, у вас он определен из уже существующих представлений о Вселенной. Мы вот только теперь узнали, а ваши пращуры опять же непонятно для чего, но знали об этом тысячи лет назад. Вспомните хотя бы те строчки из книги «Суть Бытия», что я цитировал прошлый раз –

Внутри бескрайнего пространства,

Среди энергий сжатых в нем,…

Относительно энергий у нас ещё предстоит большой разговор, но теперь можно отметить, что их в сжатом состоянии не одна, не две, а очень много в бесконечном пространстве. А что касается его самого, то определив пусть даже и большой размер метагалактики, вы уже подразумеваете конечность. А любое ограниченное значение чего угодно в бесконечности будет мизерным. Я не буду сейчас приводить цитаты из других книг, в дальнейшем разговоре мы обязательно с ними столкнемся, но во многих говорится, что на самом деле то, что вы называете Вселенной, вовсе не одна Вселенная, а много. Если же подразумевать не ваши ограничения в 14 млрд. лет, а реально существующее бесконечное пространство, то миров на самом деле бесконечное количество.

- И всё же …, - хотел было настоять на своем Анатолий Михайлович.

- Скажите, насколько хорошо любой человек вашего мира представляет расстояние 300 миллионов световых лет? – перебил Наю, заранее зная его возражение. – Ладно, пусть даже один световой год. Я уж не говорю о десяти, ста или тысяче световых лет, а один?

- Как мне кажется, - вступила в разговор Мила, - по настоящему никто.

- Получается, что ваше понимание о таких расстояниях просто спряталось за цифрами. 300 миллионов световых лет вполне достаточно для полноценного функционирования обособленного и в полной мере самостоятельного Мира или отдельной Вселенной, по-вашему.

На короткое время Наю замолчал, очевидно, давая возможность глубже осознать всё им сказанное.

- Давайте теперь рассмотрим принцип функционирования нашей семерки Миров, в порядке некой очередности, - продолжил Наю, поворачиваясь к сотворенному им посреди комнаты изображению. – Очевидно, окруженный шестью соседними Мирами, центральный или седьмой является нашим. Говорить о том, что они создают его, будет не совсем правильно. На самом деле в этой области пространства происходят лишь качественные изменения, при которых главным является необходимость формирования условий для полноценного существования нашего Мира, а не просто для его появления. Полноценными же он будет только в том случае, если создаются условия для образования и развития в нем жизненных форм. Само собой разумеется, и человека, но не просто в том числе, а как первостепенное условие. Именно человек является целью зарождения и существования седьмого Мира. Разговор об этом у нас впереди, а пока вернемся к моменту Начала и даже к состоянию до него, то есть самой основе.

- Неплохо всё же, если эта основа будет иметь вид постулата, - прервал его Анатолий Михайлович, - что бы не возникали уточняющие вопросы.

- Тогда нужно выяснить ещё несколько моментов. Как вы мне рассказывали, современная наука предполагает существование некой Темной энергии во Вселен…, - Наю запнулся и снова обратился к Анатолию Михайловичу. - Зная ваше понимание того, что вы называете Вселенной или метагалактикой, я не могу этим словом определить абсолютно всё, что является значительно более масштабным. Неужели у вас нет какого-нибудь другого термина, который характеризовал бы всю совокупность Миров.

- Я посмотрю, - Анатолий Михайлович повернулся к компьютеру.

Прошло минут пять, Наю с Милой терпеливо ждали.

- Вот, есть работа http://www.astronet.ru/db/msg/1181084/index.html автор которой предлагает общее название - Мультимир (Multiverse), как совокупность Вселенных.

- Хорошо, - отреагировал Наю, – отпечатайте этот материал, я позже познакомлюсь с ним. Возможно, там и найдется что-либо полезное для нас, а пока будем пользоваться понятием Мультимира или Мильтивселенной. И раз уж мы определились с этим, то договоримся под Вселенной понимать отдельно взятую область пространства, которую мы называли Миром, в том числе и нашим Миром или теперь уже - седьмой Вселенной. Так вот, ваша наука предполагает наличие в Мультимире некой Темной энергии, которая по своей сути является своеобразной формой энергии, заполняющей всё пространство.

- Наука на самом деле это предполагает, причем по косвенным признакам. Обнаружить её каким-либо пока не удается. Было время пытались как-то определить некую субстанцию, заочно называя её эфиром. Возможно это одно и то же?

- Может быть, - несколько нерешительно ответил Наю. – Из того, что я узнал от вас об эфире в вашем его понимании, то вы правы - это только название, а чего именно ведь так и не было определено. Во всяком случае, мы решили, что из всех перечисленных названий, именно «форма энергии» является наиболее подходящим, и позже я объясню почему. А мы в дальнейшем именно так и будем называть - форма энергии.

- Если это понятие будет часто упоминаться, то можно пользоваться сокращенным вариантом – ФЭ, - предложил Анатолий Михайлович.

- Хорошо, - согласился он, - так и сделаем. Но стремление и желание каким-либо образом обнаружить (найти, зарегистрировать) её заранее обречены на неудачу.

- Почему?

- Это констатировали те же ваши пращуры.

- Вот те раз! Наука не может установить, а древние люди были вполне осведомлены о ней!

- Я ведь вам говорил – ваше представление о тех далеких для вас временах вообще и людях в частности совершенно ошибочно. Они на самом деле знали о ней, о чем свидетельствуют большое количество её названий. Я вычитал об этом в одной из книг тут, - он указал в сторону полок. – Она имеет заглавие «Справочник». Так вот, в ней написано, что эта субстанция в каждой традиции имела своё название, что уже говорит о бесспорном её существовании:

У восточных оккультистов - вечный Корень всего;

У индусов – Парабрахман;

У ведантистов – Мулапракрити;

У буддистов - Свабхават;

В Каббале – Эйн-Соф;

В Халдее – Илу;

У Офитов – Безымянный Дух или Тайное Имя;

В Эзотеризме - "Отец-Матерь";

Непознаваемый, Ничто и другие. А вот в изначальных знаниях, о которых мы говорили, эта субстанция не имела названия и к ней обычно обращались как "То". Кроме того в одной из книг тут, пусть и не глубокой древности, очень правильно и конкретно написано о ней.

...превосходит всякое законченное понимание человеческим разумом, самые глубокие размышления могут дать лишь весьма приближенное представление о том, что оно есть само по себе, это значит, что оно навсегда останется для всех таинственной пустотой, ничем. В этой связи наиболее яркой и убедительной можно посчитать графическую концепцию древних египтян. Небо, или пространство, предшествующее всякому проявлению, изображалось в виде обнаженного тела богини Нуит, повелительницы бесконечного пространства, из грудей которой выходило молоко звезд и первозданной воды субстанции. Все, что можно сказать истинного об данном Абсолюте, или Высшей Реальности, это то, что ОН ЕСТЬ. Вечный, сущий и самодостаточный — вот те понятия, которые в своем величии превосходят самый высокий и стремительный полет хорошо тренированного воображения….(Израель Регардье "Древо Жизни")

Возможно, именно эту форму энергию как раз и пытались у вас обнаружить в недалеком прошлом, называя при этом эфиром. Я понимаю, трудно осознать или представить, что самой её как бы и нет (Ничто), ведь она недоступна нам по всех смыслах, но с другой стороны всё существующее есть она сама. И теперь я могу сформулировать самую что ни есть первооснову мироздания в виде постулатов, как вы и предлагали.

1. Пространство - вечно существующее и ничем не ограниченное в своей протяженности, то есть бесконечное.

2. Форма энергии (ФЭ) как своего рода исходный материал для абсолютно всего. Недавно цитируя строчку из книги Дзен, я сказал, что об энергии у нас будет разговор. Вот эта самая ФЭ как раз там и упоминается.

3. Информация, в соответствии с которой происходит формирование Вселенных.

Таким образом, информация так же является основой для функционирования Мультимира. Но это ещё не всё, - мы пришли к выводу, что форма энергии (ФЭ) по своей сути есть ни что иное, как само пространство.

- Вот так да! – удивился Анатолий Михайлович. – Пространство, в котором мы находимся и есть та самая энергия?!

- И не только мы, и не только, что нас окружает, а всё существующее вообще, - твердо констатировал Наю.

- Значит бытовавшее одно время утверждение, что всё возникло из пустоты, на самом деле не так уж глупо. Ведь если пространство как ФЭ неопределяема и непознаваема, по своей сути (Ничто), значит…, - и он повернулся к Миле, - значит, не столь уж безосновательным является утверждение богословов, о том, что бог сотворил Мир из ничего!

- Ненужно иронизировать! – как бы в стеснении едва улыбнулась она в ответ, а затем кивнула в сторону Наю. – Он наверняка покажет и докажет, что Мир возник сам по себе, без участия бога.

- Таким образом, - продолжал Наю, - если пространство является формой энергии, то первый и второй постулаты объединяются, и получается один о двух первоосновах – ФЭ (пространство) и информация.

- Значит всё же дуальный принцип, - заключил Анатолий Михайлович, а затем задумчиво пробормотал под нос, как бы спрашивая самого себя: – Не это ли есть то, что называется энергоинформационным полем?

- Да, в основе на самом деле лежит дуальный принцип, но только не этот. Вскоре мы будем разбираться с ним в деталях. То же самое и относительно энергоинформационного поля. Исходя из того, что вы вкладываете в это понятие, - нет. Но в дальнейшем можно будет кое-что с ним сопоставить.

- Непонятно! Почему, собственно, две изначальные составляющие нельзя считать дуальной первоосновой?

- Дело в том, что информация как таковая, то есть сама по себе, даже теоретически существовать не может, так как ей нужен носитель, функцию которого как раз исполняет ФЭ. Мало того, информация может находиться только в двух состояниях – быть упорядоченной или неупорядоченной. Любопытно как раз второе состояние, потому что неупорядоченная информация таковой уже фактически не является.

- Это понятно, - согласился Анатолий Михайлович. – Ведь пользоваться можно только упорядоченным набором символов, а если они расположены хаотично, то это уже не информация.

- Форма энергии же в принципе не может не существовать, то есть появляется или исчезать, – продолжал констатировать Наю. - Она вечная и бесконечная, она во всем и всё в ней. Ведь нельзя допустить, чтобы в каком-то месте пространство отсутствовало.

Хотелось Миле опять сказать о вечном и вездесущем боге, но махнула ладонью и промолчала, на что Анатолий Михайлович только улыбнулся, понимая её желание.

- Таким образом, применить понятие дуальности к этим двум первоосновам нельзя, так как в условиях информационного хаоса существует только ФЭ, то есть - пространство и более ничего. Дуальная основа появляется непосредственно перед Началом существования Вселенной и никак не раньше. По сути это является признаком Начала. Но об этом мы ещё поговорим, а теперь нужно отметить, что ФЭ и информация обеспечивают циклический принцип существования Мультимира: рождение – жизнь – деградация - смерть Вселенных и снова их рождение - и так далее. Поэтому первоначального толчка, а значит, и причины для его возникновения никогда не было и быть не могло.

- Но в таком случае не может форма энергии вообще никак не меняться! Её состояние тоже должно быть подвержено каким-то изменениям!

- Да, это так, - подтвердил Наю. – По сути, оставаясь прежней, её состояние на самом деле меняемся, но только качественно и не более того. В таком случае более плотные области имеют более высокий потенциал энергии и наоборот. Собственно об этом как раз и говорят те строчки из книги «Суть бытия», которые я уже два раза цитировал. Но главное, что нужно твердо усвоить, - нет ничего кроме этих двух первооснов Мультимира.

- Всё есть оно и оно во всем, - задумчиво произнесла Мила. – Не так ли говорят о боге? И пусть даже только в период бытия, но он не двуедин, а триедин.

- Третья составляющая на самом деле является первоосновой, – согласился с ней Наю, – но она появляется сразу после Начала периода существования Вселенной, как результат взаимодействия ФЭ и информации.

- Сын, как плод Отца и Святого Духа, - в некотором смятении Анатолий Михайлович посмотрел на Милу. – Получается, в этом и правда что-то есть.

Она никак не отреагировала на его реплику.

- Пожалуй, ты на самом деле постулировал то, от чего можно уже оттолкнуться, как от вполне материальной основы, - продолжил он, теперь уже обращаясь к Наю.

- Что такое материальная основа? – спросил у него Наю.

- Ах, да, - слегка смутившись, вспомнил Анатолий Михайлович, – я упустил этот момент, когда объяснял тебе основы нашей науки и физики в частности. Хотя…, материя по своей сути понятие философское. Так вот, классическое определение материи, которое никем ещё и не опровергнуто, следующее: «Материя есть философская категория для обозначения объективной реальности, которая дана человеку в ощущениях его, которая копируется, фотографируется, отображается нашими ощущениями, существуя независимо от них».

Наю молча смотрел на него с минуту, если не больше. Со стороны можно было подумать, что он пытается осмыслить это определение, хотя на самом деле это могло быть вовсе и не молчание, а наоборот интенсивный обмен мнениями с людьми его Мира.

- А каким вы считаете наш с вами Мир? – наконец спросил он.

- В каком смысле? – не понял Анатолий Михайлович.

- Материальным или…, - начал пояснять Наю.

- Ну, не идеальным же! – не дал он ему договорить. - Конечно материальным! Только об этом я тебе тоже не рассказывал.

- А если всё же в начале было слово! – заметила Мила. – Разве слово материально?

- Вечный спор материалистов и идеалистов, - отреагировал Анатолий Михайлович. - Вторые настаивают на первичности идеи, утверждая при этом, что сначала Мир возник как замысел бога, и лишь затем он материализовался.

- Значит бог это нечто создавшее наш Мир? – теперь уже с заинтересованностью спросил Наю.

- Поэтому его ещё называют создателем, - уточнил Анатолий Михайлович.

- А идея, - продолжал уточнять Наю, - это своего рода прообраз материальных форм. Не так ли?

- Именно так! – согласился он.

- В вашем определении было ещё такое понятие - «объективная реальность», но не будем сейчас с ней разбираться, потому как непосредственно оно пока не касается нашего разговора. А в остальном ваше представление мне теперь понятно, хотя вопрос на самом деле не из простых.

- Не знаю! – настаивал на своём Анатолий Михайлович. – По мне так всё ясней ясного.

- Но вы только что соглашались с дуальной первоосновой мира. А ведь ни ФЭ, ни информация сами по себе не являются материей с позиции вашего её понимания, - возразил Наю.

- Но ведь и идеей их не назовешь, так как ей неоткуда исходить по причине отсутствия бога!

- Это что подразумевать, - отреагировал Наю, -  всё зависит от состояния того и другого. Если, к примеру, информация хаотична, то да, а если упорядочена, то вполне.

Анатолий Михайлович пристально смотрел на него, очевидно не совсем понимая сказанное.

- С другой стороны мы знаем, что ФЭ есть пространство, - продолжал Наю. - А если вспомнить ваше определение материи, то разве оно не является таковым? Ведь мы ощущаем его, оно отображается в нашем сознании и существует независимо от нас.

- Ну…, ты окончательно сбил с толку, - Анатолий Михайлович поднялся, в задумчивости направился к окну.

Некоторое время молча разглядывал небо, затем повернулся и пошел обратно.

- Да, нет. В этом вопросе как раз всё просто, - продолжил Наю, пока тот возвращался к своему стулу. - Ваше определение материи справедливо только для материального мира, так как вы отрицаете существование мира идей. Я не скажу, что такое понимание ошибочно, скорее его можно назвать неполным. Дело в том, что и форма энергии и информации, как две первоосновы, и даже их двуединство в период бытия ещё не есть материя, а лишь основа для неё. Мы ведь говорили, что ФЭ есть ничто, и информация без своего носителя, коей является та же форма энергии, существовать не может. Никто не может сказать, чем является информация сама по себе, как, впрочем, и её носитель.

- Из разряда кантовского Ding an sich, - уточнил Анатолий Михайлович и спросил: – И что же тогда есть материя?

- В двух словах на этот вопрос ответа нет. Очевидно, необходимо разобраться с самим процессом, при котором ФЭ и информация образуют материю. Собственно говоря, его нам в любом случае придется рассмотреть, так как это преобразование является базовым принципом существования всего Мультимира. Но прежде следует сформулировать два единственных свойства пространства, то есть ФЭ. Во-первых, отсутствие не то, что бы какой-то структуры, а вообще каких-либо составляющих её элементов. Иначе говоря, сама по себе форма энергии является непрерывной субстанцией.

- В таком случае её можно характеризовать как континуальную, то есть с совершенно отсутствующей дискретностью.

- Пусть будет так, - согласился Наю. – И во-вторых, - абсолютная упругость ФЭ, из чего следует, что в разных местах пространство может быть более или менее плотным.

- Ну, это свойство ещё Эйнштейн характеризовал как искривление пространства, - заметил Анатолий Михайлович, – так что против названных тобой параметров формы энергии я возражать не стану. Но мне хотелось бы уточнить такой момент. Если нет ничего кроме ФЭ и некой ещё неопределенной информации, то нет и условий для искривления или вообще какого-либо изменения параметров среды. Нет сил, которые могли бы изменить её баланс равновесия или энтропии.

- Нет, такие силы есть, - возразил Наю.

Мила заинтересованно посмотрела на него, как бы ожидая, что именно сейчас было бы к месту вспомнить о боге.

- Вспомните, я ведь уже говорил о высоком потенциале энергии во Вселенных, которые находятся в состоянии несуществования, - продолжил своё пояснение Наю. - Там сконцентрированы не просто необходимые силы, а очень большие силы.

Такой ответ явно разочаровал Милу, и она решила всё же высказать свою позицию.

- За полгода, что я провела в…, работала в библиотеке, - начала было она, - я не просто прочла, а досконально изучила немало литературы относящейся к религии….

- Что вы называете религией? – Наю не дал ей закончить мысль этим неожиданным для неё вопросом.

Мила даже несколько растерялась и посмотрела на Анатолия Михайловича.

- Прежде всего, это вера в существование каких-то высших сил, - ответил он за неё, - которая объединяет довольно большие группы людей.

- В нашем Мире все люди не только верят, а знают о существовании высших сил, - отреагировал Наю. – Наверно поэтому у нас нет религии, так как нет смысла в каких-либо объединениях людей.

- Наверно поэтому у вас нет и церквей, куда наши верующие ходят совершать разного рода религиозные ритуалы и обряды.

- Да, - согласился он, - у нас нет ничего похожего. Этим занимаются только старейшины, правда, в определенных местах. Но никаких строений там нет.

- Но у нас есть ещё книги, в которых описаны законы для верующих, - заметила Мила. – А главной для нашей религии является Библия. Кстати сказать, в ней с самого начала идет описание сотворения богом нашего мира и оно совсем не похоже на то, что ты тут рассказываешь.

- Можно мне как-то познакомиться с содержанием этой книги, - спросил Наю, - или хотя бы с тем, что касается вопроса начала мира.

- У нас дома её нет! – она отрицательно покачала головой.

- Это не проблема, - Анатолий Михайлович повернулся к компьютеру, - я могу отпечатать всё необходимое.

Текст Библии в интернете долго искать не пришлось.

- Только тут несколько вариантов перевода, - заявил он.

- Что такое перевод, - спросил Наю.

- Дело в том, что сам по себе текст является достаточно древним, - взялась пояснять Мила, - и записывался на разных языках, как, впрочем и записывался….

- Что значит – на разных языках? - вновь не дал ей договорить Наю. – В вашем Мире люди разговаривают ещё и на разных языках?

- Настолько разных, - теперь уже без какого-либо удивления, ответила она, - что в своем большинстве совершенно не понимают друг друга.

- На планете вообще много народностей, заметил Анатолий Михайлович, - и, как правило, со своим языком сильно отличающимся от всех остальных.

- Это означает, если несколько человек от разных народностей будут смотреть на один и тот же предмет, например дерево, то воспринимать будут одинаково, а называть по-разному?

- Для нас в этом нет ничего удивительного, - заметила Мила и немного погодя спросила, очевидно, заинтригованная его примером с деревом: – Если в вашем мире общаются без использования языка или, как мы говорим - мысленно, значит, вы общаетесь с помощью образов?

- А если когда-то давно вы общались с людьми нашего мира, - продолжил вопрос Анатолий Михайлович, - значит, до появления языка и наши пращуры общались образами предметов окружающего мира?

- Конечно, - согласился Наю. – Ведь это гораздо проще, чем произносить слова.

- Не потому ли на начальном этапе формирования языка был язык символов, - слегка задумавшись, проговорил Анатолий Михайлович, - примером которого являются иероглифы наскальных рисунков. Помнишь в той книге о Египте, где ты признал в схематическом изображении человека?

- Вполне возможно, - снова согласился Наю. – Но ещё с первого знакомства с Ветой я не понимал, для чего ваши пращуры отказались от более легкого способа общения и начали изобретать разные языки?

- Не этот ли момент описан в Библии? – вспомнила Мила. – Помните, там говорилось, что изначально люди разговаривали на одном языке, а когда они возгордились, то бог разделил их, заставив говорить на разных языках?

- Забавно! – отреагировал Анатолий Михайлович. – Значит Библия и впрямь не сплошь сказка, но есть и аллегория.

- Что такое аллегория? – поинтересовался Наю.

- Что-то вроде изложения мыслей не непосредственным описанием, а в форме образов. Причем, как правило, художественных образов, а иногда с использованием выдуманных или сказочных персонажей и сюжетов, - пояснил Анатолий Михайлович и нажал клавишу печатать.

Как только отпечатанные листы стали выползать из принтера, Наю тут же воспринимал содержание.

- На первый взгляд кажется, что автор пишет сказку, - прокомментировал он.

- Так и я об этом, - с удовлетворением согласился с ним Анатолий Михайлович.

- Может содержание Библии на самом деле изложено на языке аллегорий, – Мила тоже принялась просматривать первый отпечатанный листок, как будто не читала этот текст раньше. – В таком случае нужно искать в содержании некий скрытый смысл.

– До сегодняшнего дня, - буркнул Анатолий Михайлович, - лично я в этом сильно бы сомневался, считая содержание Библии сплошной фантазией.

В это время распечатался третий лист, в который Наю так же внимательно всматривался.

- Да, нет…, - задумчиво протянул он, что было как-то нехарактерно для него. - Хотя автор этой книги, так же как и автор книги Дзен изложил текст по своему усмотрению, но в нем тоже использованы те самые изначальные знания, о которых мы говорили перед обсуждением станц.

На этот раз Мила с явным чувством собственного удовлетворения посмотрела на Анатолия Михайловича.

- Да ведь тут нет ничего общего! - возразил тот, хотя внутри уже ощущал некоторое сомнение.

- Вот, смотрите, - предложил им Наю, - тут написано то, на что я вам уже неоднократно указывал.

… Я отдаю вам в пищу все травы с семенами, какие есть на земле, и все деревья, приносящие плоды с семенами….

Как видите, человеку предписывается питаться только растительной пищей, то есть травой и плодами деревьев.

- Это называется – вегетарианство, - заметил Анатолий Михайлович. – Но если человек не будет использовать в пищу мясо, то ему трудно будет заниматься физическим трудом. А в старину подавляющее большинство людей были заняты именно им.

- Как давно? – поинтересовался Наю.

- Всегда!

- Нет, не всегда, - не согласился он. – В то время, когда мы имели довольно тесный контакт с вашим миром, хотя и не повсеместно, то знали, что ваш образ жизни ничем не отличался от нашего. Да, было это уже достаточно давно, но мы считаем, что именно в том времени и нужно искать ответы на интересующие нас вопросы. Может в содержании Библии найдется что-то полезное, если я сразу увидел в нем подтверждение своим словам.

- Совсем не обязательно, - усомнился Анатолий Михайлович. – Каков бы ни был перевод с одного языка на другой, в нем всегда будут присутствовать определенные несоответствия смыслового содержания, по отношению к оригинальному замыслу автора любой книги.

- А нельзя ли найти первоначальный текст этой книги, - поинтересовался Наю, - я в любом случае пойму заложенные в нем мысли автора.

- Сейчас попробую, - и Анатолий Михайлович склонился над клавиатурой.

Прошло несколько минут, Наю и Мила молча ждали.

- Изначального текста не существует, - наконец заявил он, - но я распечатаю наиболее ранний вариант.
И на первом выползающем из принтера листе появилось заглавие -

 

Biblia Hebraica Stuttgartensia

 

Затем для Анатолия Михайловича и Милы последовал совсем непонятный текст. Только Наю всё воспринимал, но делал это молча.

- Этого мне будет достаточно, - наконец произнес он, когда отпечаталось пять листов. – Тут есть весь необходимый нам материал для детального разговора о возникновении нашего Мира. И мне хотелось бы отметить, что в текстах рассматриваемых ранее книг имеет место описание функционирования Мультимира в целом, а тут довольно подробно говорится именно о нашем с вами Мире, седьмой Вселенной.

- Невероятно! – удивлению Анатолия Михайловича не было предела. – На этот раз ты заинтриговал меня в полной мере!

Мила почувствовав, что должна закончить разговор на этом более-менее удовлетворительном для себя моменте, поднялась и направилась к дверям. Анатолию Михайловичу ничего не оставалось, как последовать за ней.

Часть вторая